: Материалы  : Библиотека : Суворов : Кавалергарды :

Адъютант!

: Военнопленные 1812-15 : Сыск : Курьер : Форум

1-й Нерчинский полк
Забайкальского казачьего войска

 

Глава девятнадцатая.
Бой на перевале Поксамбонг.

Полковые истории

-189-

Периодические дожди, повторяющиеся в Корее каждое лето, в 1905 г. шли с особенной силой, и казаки не успевали просушиваться от постоянной мокроты.
11-го и 12-го июля шел непрерывный дождь, переходивший часто в ливень. Части, несшие передовую службу уже вторые сутки не просыхая, были истомлены. Около 4-х часов вечера 12-го июля впереди перевала Поксамбонг дозор заметил наступление японцев, но силу их определить было нельзя, так как густой лес, покрывавший всю долину, непрерывно тянулся к самому перевалу. Перевал был занят 2-й ротой, сюда же стянулась 3-я сотня подъесаула Маковкина, бывшая в сторожевом охранении, и прибыли 4-я подъесаула Седльницкого и 6-я сотня подъесаула Цвиленева, стоявшие за перевалом.

Сторожевой пост

Сторожевой пост

-190-
Как позиция, перевал Поксамбонг не удовлетворял самым скромным требованиям тактики: с фронта к нему подходил лес, давая обстрел на 300 шагов, на правом фланге командующая высота была открыта в сторону перевала и густо поросла лесом с противоположной стороны, что благоприятствовало обходу и мешало парализовать его. Занятие отрядом перевала Поксамбонга обуславливалось его стратегическим значением. За неделю были присланы два орудия, но за отсутствием обстрела их отозвали.
Около двух часов японцы взбирались на Поксамбонг, задерживаемые совершенно распустившейся почвой от двухдневного дождя, который в это время перешел в ливень. На фронте японцы показали лишь незначительные силы отбитые огнем роты, направив все в обход правого фланга. Бывший на правом фланге разъезд около 6 часов вечера донес, что японцы в лесу занимают правофланговую сопку. Вперед была вызвана 3-я сотня, но только она вышла на прогалину перевала во взводной колонне, как с этой сопки японцы открыли жаркую стрельбу. Здесь был убит казак Панов, три казака ранено и контужен в голову временно командующий полком принц Самед-Мирза. 3-я сотня заняла опушку леса уступом за правым флангом роты, левее ее рассыпалась 4-я сотня, которые своим огнем заметно ослабили фланговый огонь японцев. Но вскоре обнаружился в лесу более глубокий обход справа, угрожавший отрезать единственную тропу, ведущую с перевала, а потому во избежание напрасных потерь, не вызывающихся обстановкой, отряд по приказанию начальника полковника Павлова стал отступать, не прекращая на ходу перестрелку с японцами, следовавшими по лесу вслед. Трехверстный спуск с перевала сотни прошли цепями, утопая местами по колено в грязи, заливавшейся за голенища сапог. К 11 часам ночи отряд отошел на 9 верст от перевала и остановился в д. Тальгемори, где было лишь несколько фанз. Крытых помещений не хватало. Ночь была проведена в лужах под непрерывным ливнем, обогреваясь около с трудом поддерживаемых костров. Ночью японские разъезды подходили к нашему сторожевому охранению. На перевале Поксамбонг убиты: командир 3-го батальона 7-го восточно-сибирского стрелкового полка капитан Зорин, находившийся при передовой роте своего батальона, казак Панов и три стрелка; ранены: прапорщик Дудник, 3 казака и 4 стрелка, контужены: войсковой старшина

-191-
персидский принц Самед-Мирза и один стрелок. В бою были отрезаны 12 казаков 6-й сотни, наблюдавшие долину на правом фланге; здесь они потеряли всех своих лошадей и, разбившись на группы, разновременно присоединились к полку, проскитавшись несколько дней в горах.
На утро все ручьи обратились в стремительные потоки и речка Янзан-мури, которую пересекал предстоящий путь отряда несколько раз, неслась с головокружительной быстротой и приняла размеры большой реки. Нечего было и думать через нее переправляться, а потому двинулись горною тропой, надеясь этим избежать переправы, но верст через 5 отряд встретил бушующий горный поток, в котором, при попытке переправиться, погибло два казака: Аршинский и Журавлев и несколько вьюков. Колонна оказалась в углу между этим потоком и рекой Янзан-мури. Тогда через поток был устроен мост на козлах и отряд к вечеру перешел на другой берег. Параллельно переправе по мосту лошадей перетягивали через поток стальными коновязными канатами. Канат привязывали к недоуздку и лошадь, повернувшись в воде, выхлестывалась бушующим потоком на другой берег. К вечеру 13-го июля дождь, ливший трое суток, наконец перестал и представилась возможность хоть отчасти обсушиться около костров.
Переправа через поток отряду обеспечила лишь хороший бивак, реку же Янзан-мури миновать не удалось, так как она в этом месте прижималась к высоким обрывистым горам и в случае дальнейшего наступления японцев отряд оказался бы в положении безвыходном. К утру вода в р. Янзан-мури немного опала, обозначилось главное русло, через которое и приступили к наводке моста. Из подручных материалов были установлены полуторасаженные козлы и к 3-м часам дня мост в 6 сажен длины был готов; далее река имела незначительную глубину, проходимую в брод. Наводку моста много облегчили стальные коновязные канаты, возившиеся сотнями на каждый взвод. Перекинув канат через реку, с помощью казаков стоявших на посту с противоположного берега, установили сообщение между берегами и, затем пользуясь им, ставили козлы, что на стремительном течении без каната было бы невыполнимо.
Хорошие пловцы пробовали с лошадью переплыть реку, но бушующий вал с большою скоростью уносил их скрывая временами под водой. Лишь благодаря большому искусству

-192-
жителей быстрого Онона справляться с большим течением, эти попытки не окончились для них гибелью. Переправившись по мосту, отряд переночевал в д. Чанзангол, около которой потом сотни более месяца несли сторожевую службу в виду противника, охраняя отряд располагавшийся 15-го июля у перевала Ничу-гульенг.
В описанные дождливые дни все наши отряды перенесли такие же затруднения от разлива рек; японцы же прекратили наступление, заняв линию д. Бурунда — пер. Посамбонг — дер. Яксан.
Против японцев русские заняли следующие пункты: Карапе, Окшендонг, Шакори, пер. Нечегульенг, Нокья, Онгы. Главные силы с начальником отряда генерал-майором Анисимовым на перевале у дер. Панзан 1. К этому времени в отряде было: 2 пехотных полка, 2 полевых и 1 горная скорострельная и нештатная конно-горная батареи, пулеметная рота, 12 сотен казаков, кроме того, из Уссурийского края подходил 41-й восточно-сибирский стрелковый полк и в августе ожидались полки: Московский, Бутырский, Хунчунский и Посьетский.
Нечегульенский отряд, которым командовал полковник Павлов, имел одну роту на передовой позиции в узком ущелье, ведущем в д. Чанзагол — в 1 ½ верстах впереди перевала, и одна рота на перевале Саконьенг, чрез который идет обходная дорога от д. Чанзангол в тыл перевалу Нечегульенг. Рота и 2 орудия располагались на перевале, и три сотни нерчинцев стояли за ним, держа сторожевое охранение в долине деревни Чанзангол.
Со времени отхода полка из Кенгшенга добывание фуража становилось все более затруднительным, особенно же после 18-го июня, так как, находясь в соприкосновении с японцами, нельзя было предпринимать слишком отдаленные фуражировки. Мясо и чумиза, заменявшие казакам хлеб и крупу, добывались сравнительно легко и казаки ни
--------------
1) Карапе — 9-й Сибирский полк, Окшендонг 2-я сотня 1-го Нерчинского полка, Шакори — батальон 7-го в.-с. стр. полка и два горных орудия, пер. Нечегульенг — 3, 4 и 6 сотни 1-го Нерч. полка, 3 роты 7-го в.-с. стр. полка и два горных орудия, Нокья — 5-я сотня 1-го Нерч. полка, Онгы — батальон 6-го в.-с. стр. полка, сотня 6-го сиб. каз. полка и нештатная конно-горная батарея. Во 2-й линии: в г. Херьене -батальон 7-го в.-с. стр. полка, 1-я сотня 1-ю Нерч. п. и пешая сотня (сформированная из обозных казаков бригады, после передачи колесного обоза в Хунчунский и Посьетский пехотные полки).
На перев. Шенгульенг: — 3 роты 7 в.-с. стрелк. пол. В д. Пангзан 6 в.-с. стрелк. полк, две полевые батареи и пулеметная рота.

-193-
в том, ни в другом недостатка не имели. В этом большую помощь полку оказал бывший при отряде полковник корейской службы Ким-ин-шу, имевший влияние на жителей. Овес появлялся как редкое исключение, лошади питались исключительно травой, а когда подросли хлеба, то косили их; такое положение продолжалось до последних чисел сентября, что чрезвычайно изнурило конский состав.
21-го июля, утром, сторожевая полусотня 3-й сотни у дер. Чанзангол была потеснена ротой и эскадроном японцев,

-194-
которые скоро вернулись обратно к перевалу Поксамбонг, и сотня вновь заняла свои места.
25-го июля сторожевое охранение заняла 3-я сотня. На рассвете головная застава, оттягивавшая на ночь свои посты под гору, двинулась вперед на свои дневные места. Шли посты осторожно, так как и это утро ожидалось наступление: во-первых, исходя из того, что накануне японцы наступали на отряд полковника Сулевича, стоящий у д. Шакори — в 5 вер. к западу от нашей позиции, что кончилось для них неудачей, и можно было ожидать не попробуют ли они удачи здесь; во вторых, потому что с вечера у д. Цампари в двух верстах впереди наших постов были замечены в поле ячменя несколько японцев; они оставались совершенно неподвижными, вследствие чего сначала были приняты за камни. Когда наши посты были в полугоре, с главной заставы в бинокль были замечены на вершине несколько черных фигур, прятавшихся за кустами. И как только головная застава по приказанию повернула назад, японцы открыли по ней и главной заставе жаркую стрельбу, но несмотря на то, что головная застава была от них в 200, а главная в 1.000 шагах, полусотня отошла благополучно: главная застава на перевал Соконьенг, а головная к пер. Ничигульенг. Была убита лишь лошадь охотника Шаренберга. Часть японцев уже успела выйти на фланг головной заставы и одновременно со стрельбой бросилась с горы с криком «банзай» и беглым шагом кинулась, по пятам, за головной заставой. Застава могла идти только маленькою рысью, так как дорога была загромождена камнями и, кроме того, охотник Шаренберг, лошадь которого была убита, и казак Гордеев, упустивший лошадь при падении, сидели на крупах лошадей своих товарищей. На перевале через наводнившуюся речку около передовой роты, японцы вновь обстреляли заставу.
Бывшая на передовой позиции 9-я рота 7-го восточно-сибирского стрелкового полка встретила японцев в узком ущелье, выдержанным огнем, который издали совсем не производил впечатления боя одной роты против трех (как это потом оказалось), однако же, редкая стрельба была настолько действительна, что японцы, просидев в поле ячменя два часа, не продвинулись шагу вперед и, попытавшись безуспешно обойти фланг роты, в полном беспорядке отступили.
Это спокойное руководство огнем делает особую честь поручику Вишневскому, вступившему в командование 9-й

-195-
ротой накануне боя. 9-я рота, перешедшая в наступление, взяла одного японца в плен, подобрала одного раненого, 20 винтовок и много предметов снаряжения. Два убитых японца ею были похоронены.
С перевала Сокольенг видно было отступление японцев: через д. Чанзангол их прошло около трех рот и взвод кавалерии. Отступление было настолько поспешно, что часть раненых была пронесена уже после отхода цепей. Некоторые части отступали бегом.
В этот же день японцы атаковали позицию у дер. Шакори, но также неудачно.
На правом фланге, против д. Окшендонг, где был 9-й Сибирский казачий полк и наша 2-я сотня, японцы имели успех, вследствие чего стали на фланге сообщения Шакорийского отряда. Командир 9-го Сибирского казачьего полка полковник Захаров, считая полк отрезанным от гор. Херьенга, ушел к г. Мусану, где переправился на левый берег реки Тумангона в Маньчжурию и, пройдя к гор. Херьенгу, вновь переправился на корейский берег.
На другой день, 26-го июля, генерал-майор Косоговский, находя положение невыгодным, приказал отрядам отойти: Шакорийскому к г. Херьенгу, Ничигульенскому к дер. Уансон; но 28-го июля отряды вновь заняли свои прежние места.
Близ д. Уансон казаки 3-й сотни Андрей Дутов и Алексей Чеглоков 27-го июля, находясь в дозоре на дороге Уансан-Харьенг, заметили двух корейцев, поспешно уходивших в горы; такое поведение показалось подозрительным и дозор стал их преследовать. Один кореец успел скрыться в горах, другой был пойман. Во время обратного следования, пойманный кореец вынул из кушака 950 р. русскими деньгами и стал умолять казаков взять их, а его отпустить. Догадываясь, что это не обыкновенный кореец, а японский шпион, дозорные не соблазнились крупною суммою денег, а верные своему долгу, привели его на заставу. Кореец действительно оказался шпионом.
Японцы, после неудачного наступления 25-го июля, отошли назад и не проявляли никаких активных действий, поэтому генерал-майор Анисимов приказал 4-го и 5-го августа произвести разведку неприятельского расположения по всей линии от Окшендонга до д. Онгы. Для разведки полку назначался участок между дорогами: Шакори — Пуренг и Нокья — Мунтонкор. На рассвете 4-го августа к сторожевому

-196-
охранению у д. Чанзагол стянулись 2 роты 7-го Восточно-Сибирского стрелкового полка, 3-я сотня Нерчинского полка и 3-я сотня 9-го Сибирского казачьего полка под командой полковника Павлова для разведки перевала Поксанбонг.
Прочие сотни полка были сосредоточены в следующих пунктах: 4-я и полусотня 6-й сотни под командой войскового старшины принца Самеда у д. Нынсо, в 8 верстах от Нокья, имея задачей осветить местность от перевала Поксамбонг до дер. Мунтонкор. К ним 4-го августа присоединилась другая полусотня 6-й сотни, бывшая в сторожевом охранении у д. Чанзангол. 5-я сотня стояла в д. Нокья, откуда должна была произвести разведку на Окшендонг и далее к Яксану при поддержке двух рот пехоты.
Отряд, сосредоточенный у дер. Чанзангол, около 7 час. утра стал наступать горными долинами к пер. Поксамбонг в следующем порядке: впереди следовали охотники (стрелки), предшествуемые казачьими дозорами, за ними сотни и далее остальной отряд.
В 8 часов утра у д. Тальгемори по охотникам и сотням сторожевые части японцев открыли огонь, но как только охотники стали отвечать, они отступили. Затем полусотня 3-й сотни под командой подъесаула Маковкина и 3-я сотня сибирцев есаула Власова стали продвигаться узким горным коридором далее к перевалу, равняясь на охотников, следовавших горами; такое сочетание разведочной партии вызывалось невозможностью ехать конным дозорам крутыми сопками, густо поросшими лесом, и кроме того, при данных условиях их бесполезностью.
Около 3-х часов дня сотни подошли на 1 ½ версты к д. Хаудонг, за которой сразу начинается перевал Поксамбонг. Разъезд, высланный к этой деревне, был обстрелян сильным огнем с гор с обеих сторон долины и отошел без потерь. Наблюдением с высот и боковыми разъездами было обнаружено до 5 рот японцев на вершине перевала, располагавшихся там довольно открыто, и одна рота у перевала сейчас же за дер. Хаудонг. Ночь сотни и охотники провели в 2-х вер. от позиций японцев.
4-я и 6-я сотни, подошедшие к Поксамбонгу соседнею долиной, также провели ночь в непосредственной близости с противником.
Рота и полусотня 3-й сотни со знаменем находились в 4-х верстах позади в д. Чечентави, служа поддержкой

-197-
разведочной партии. На рассвете 5-го августа три роты японцев, занимавшие ночью передовую позицию впереди дер. Хаудонг, отошли обратно к перевалу, оставив в долине в зарослях две засады, каждая силою около взвода.
В 8 с половиной часов утра наши разведочные части отошли к д. Тальгемори и вместе с отрядом далее к пер. Ничегульенгу. Разъезд урядника Ларионова, высланный горами еще в ночь с 3-го на 4-е августа в обход перевала Поксамбонг, обнаружил в долине, ведущей из д. Тальгемори в д. Копунсан, на укрепленном перевале, в 4-х верстах от первой деревни, роту японцев, которая обстреляла разъезд, при этом была ранена лошадь.
5-я сотня подъесаула Жулебина, производившая разведку к югу от дер. Нокья, 4-го августа обнаружила японцев на перевале южнее дер. Мунтонкор и имела там перестрелку. С разведки 5-я сотня вернулась в д. Нокья, оставив заставу на перев. Капильенг. Японцы до заключения перемирия здесь наступления не предпринимали, а их разведочные части часто вели перестрелку с нашими постами. Подобным же образом наши разъезды тревожили их сторожевое охранение у д. Мунтонкор.
7-го августа 2-я сотня, занимавшая своими заставами горный участок вправо от Шакорийского отряда, смененная 1-й сотней, прибыла на перевал Ничигульенг.
Отделившись от полка 28-го июня, 2-я сотня все это время действовала к западу от дороги Херьенг-Пурьенг, в линии передовой конной завесы корейского авангарда. Находясь в д. Чачудеги, она наблюдала дороги к югу и держала связь с Нерчинским полком на г. Пуренг и 9-м Сибирским казачьим полком, располагавшимся по линии к г. Мусану. 11-го Июля, когда японцы заняли г. Пуренг и начали наступать далее на север, 2-й сотне приказано было отойти к д. Окшендонг; при этом отходе застава урядника Гусева 11-го июля имела перестрелку с японцами у д. Пхемусан. Кроме того, пропал без вести разъезд ур. Золотарева с 4 казаками; впоследствии оказалось, что этот разъезд наткнулся у д. Бурунда на японскую заставу и, преследуемый противником, ушел в горы без дорог. Лошади от бескормицы в тайге выбились из сил и, сделавшись обузой для разъезда, были брошены. Проскитавшись несколько дней, путаясь в безлюдных горах, казаки лишь на 7-е сутки присоединились к сотне в дер. Окшендонг. На следующий день, 12-го июля, 2-я сотня, согласно диспозиции, прибыла в д. Копунсань, где вошла в

-198-
состав отряда полковника Сулевича и в тот же день была выслана вперед к перевалу Мусольенг, для поддержки охотников 7-го полка, отходивших с боем, а ночью держала сторожевое охранение впереди Копунгсанской позиции и вела разведку к пер. Мусольенг. Вследствие проливных дождей, речки вышли из берегов и Копунсанский отряд ими был отрезан от г. Херьена; наблюдение за правым флангом приобрело особое значение и 2-й сотне вновь было приказано занять Окшендонг. Переплыв несколько наводнившихся рек, 2-я сотня кружным путем через г. Херьенг 16-го июля прибыла в дер. Окшендонг, выставила для наблюдения за дорогами между этой деревней и д. Копунсан заставы и вошла в подчинение к командиру 9-го Сибирского казачьего полка, занимавшего сотнями д. Карапе.
17-го июля разъезд 2-й сотни из 9 казаков с урядником Карандаевым был выслан из д. Окшендонга на д. Пхемусан. Когда разъезд у д. Санчиби стал подниматься на лесистый хребет, а дозорный казак Назар

-199-
Петухов подходил к его вершине, почти в упор в него раздался из кустов залп, и тотчас же оттуда выскочили японцы ловить лошадь убитого. Обстреливаемый японцами со всех сторон разъезд отъехал на версту назад и не успели сделать перевязку раненому уряднику Самойлову, как японцы вновь открыли по нем огонь с боковых гор. Урядник Карандаев отвел разъезд еще на версту, докончил перевязку и продолжал наблюдать за действиями противника до смены его другим разъездом.
Лошадь убитого казака Петухова прискакала к разъезду, и по следам крови, запекшейся на притороченной к седлу шинели, можно было судить, что пуля ему попала в грудь или живот.
С 29-го июля посты 2-й сотни впереди д. Окшендонг стояли в виду противника. Разведка велась преимущественно пешими казаками, так как в горах и на таких сближенных дистанциях конные разъезды не годились.
23-го июля на заставу хорунжего Петрова, между Копунсаном и Окшендонг, вышел взвод японских драгун, ускакавший с первыми же выстрелами с нашей стороны. В 3 часа того же дня к заставе подошли 2 роты противника, в перестрелке с которыми был ранен казак Белокрылов и убито 4 лошади. Застава оттянула несколько верст назад. 25-го июля заставы 2-й сотни, теснимые батальоном японцев, с перестрелкою отошли и расположились на высоте д. Тупикори, примкнув левофланговую заставу хорунжего Петрова к правому флангу Шакорийской позиции. По этой линии 2-я сотня была сменена 1-й сотней и 6-го августа соединилась с полком у пер. Ничегульенг.
Японцы, остававшиеся на старых местах — после неудачного наступления 25-го июля, видимо ожидали подкреплений. 18-го августа, в полдень, они 6-ю батальонами и 2-мя батареями атаковали Шакорийский отряд (батальон и 2 горных орудия), но до вечера не имели никакого успеха.
В этот день батальон японцев с перевала Поксамбонг перешел к дер. Тальгемори, здесь, ввиду нашего сторожевого охранения, окопался на горах и далее не наступал. Ночь прошла спокойно.
На рассвете японцы вновь повели энергичное наступление на Шакорийский отряд. В 10 часов утра отряд Полковника Сулевича, вследствие большого превосходства сил противника, атакам которого благоприятствовал туман, отошел на три версты назад и занял позицию; но, ввиду

-200-
обхода его правого фланга, около 12 часов дня отступил к Херьенгу на позицию у д. Шебу-Уабу.
В бою у д. Шакари 1-я сотня 1-го Нерчинского полка охраняла правый фланг позиции, а когда обозначился обход этого фланга, заняла вместе с ротой молодых солдат сопку и огнем отбивала здесь атаки японцев.
Командующий 1-й сотней хор. Широких, вследствие выбытия из строя роты, ранеными, всех офицеров, по собственному почину, командовал ею до конца боя. При отступлении коноводы 1-й сотни были отрезаны в горах и присоединились к сотне по пути к г. Херьену. При этом отступлении отличились урядники: Кирилл Комогорцев и Шайдуров и казак Казаков: в то время, когда отряд уже оставил позицию и ее занимали японцы, они натолкнулись на двух стрелков, из которых один был ранен, а другой больной, и вывезли их, преследуемые японскими кавалеристами.
Около 11 часов батальон противника стал наступать со стороны Копунсана на Ничигульенский отряд горами, но, обстрелянный нашей артиллерией, рассыпался в кустах в двух с половиной верстах от Ничигульенга и далее не наступал.
С отходом Шакорийского отряда к г. Херьенгу, Ничигульенский отряд оказался сильно выдвинутым вперед, с открытым правым флангом, вследствие чего, а также полученных распоряжений полковник Павлов отвел отряд к дер. Уансан. Здесь была занята позиция, примыкающая справа к перевалу Шегульенг. Три роты 7-го восточно-сибирского стрелкового полка, укреплявшиеся на этом перевале, вошли в отряд полковника Павлова.
Между отрядами полковника Сулевича и полковника Павлова после отхода образовался интервал в 8 верст, который наблюдался выдвинутыми сторожевыми частями. В случае дальнейшего наступления японцев, полковнику Павлову было приказано держаться на своей позиции до отхода отряда полковника Сулевича, прикрывая его фланговое движение на г. Хайенг.
20-го августа со стороны Ничигульенга начали наступать несколько рот противника, обстрелявшие разъезд хорунжего Рыкачева с гор; они оттеснили наши сторожевые части на полторы версты назад и заночевали на горах в самом тесном соприкосновении с постами 2-й сотни; на поддержку правого фланга 2-й сотни к вечеру были высланы 50 охотников-стрелков, так как в этом участке

-201-
со стороны д. Шакори также появились японцы; их разъезд, попав под огонь заставы и охотников, оставил двух убитых. На рассвете 21-го августа в сторожевое охранение вышла 3-я сотня; не успели посты выдвинуться на свои места, как были обстреляны с гор японцами, наступавшими из долины д. Матаголь; одновременно с этим на плато со стороны д. Шакори было обнаружено наступление 1 ½ батальонов и 2 эскадронов; сторожевые части и охотники встретили их огнем; завязалась перестрелка, во время которой был ранен начальник охотничьей команды поручик Макушок; при дальнейшем наступлении японцев, охотники и 3-я сотня отошли к позиции.
Поручик Макушок был ранен в ногу и не мог идти, между тем японцы были уже близко и их пули свистели непрерывно; несмотря на это, бывший здесь же на посту казак Нестор Лысковский отдал своего коня офицеру, сам же, путаясь в мокрой от дождя шинели, отстал от охотников и, в одиночку, под выстрелами, едва успел

Первые в Японскую войну георгиевские кресты на перевале Шегульенг

Первые в Японскую войну георгиевские кресты на перевале Шегульенг

-202-
отойти, рискуя быть захваченным. За этот самоотверженный поступок казак Лысковский получил знак отличия военного ордена 4-й степени.
Появившиеся в долине роты японцев от весьма меткого огня горной артиллерии рассыпались и более открыто не выхолили. Весь этот день и последующую, совершенно темную, ночь отряд провел в окопах, под непрерывным проливным дождем, в глубокой грязи; полк же в полной готовности весь день стоял за правым флангом позиции, где местность благоприятствовала конной атаке.
Японцы, просидев весь день на горах, далее не наступали.
На ночь в сторожевое охранение вперед позиции выдвинулась 3-я сотня, заняв постами возвышенности, служившие днем позициями японцев; место их расположения было обозначено множеством пустых банок от консервов.
Вечером на Уансанскую позицию прибыл есаул Ильенко 6-го сибир. каз. полка от генерал-майора Анисимова, беспокоившегося за участь отряда, и из отр. полк. Сулевича командированный главнокомандующим для ознакомления с действиями корейского отряда ротмистр Скоропадский. Отряд полковника Сулевича, на которого вышли главные силы японцев, к вечеру отошел в г. Хайенг и на другой день далее на перевал у дер. Нимчаен.
Вследствие слишком позднего сообщения полковника Сулевича об отходе, дозор, посланный из Уансана к нему для связи в Шебу-Уабу, заехал в расположение японцев и здесь казак 1-й сотни Матвей Бакшеев был захвачен в плен.
22-го августа отряд полковника Павлова перешел на пер. Шегульенг, усилившись
24-го августа еще двумя ротами, прибывшими из Хайена. Отряд полковника Сулевича, находись у д. Нимчаена, составлял его ближайшую поддержку. 1-й Нерчинский и 9-й сибирский казачий полки выставили линию застав и постов от пер. Шегульенг на пер. Сааридзи-коге, упирая правый фланг в р. Тумангон у дер. Корьен. 4-я и 5-я сотни держали связь между пер. Шегульенг и д. Онгы, чрез д. Нокья.
У д. Уансон впервые полк за годичное пребывание в Корее увидел сравнительно открытое пространство, доступное на десяток верст во всех направлениях для конного строя. Все вздохнули свободнее, выйдя на это плоскогорье, после узких горных долин, которые были как бы футляром для кавалерии, так как уклониться в стороны

-203-
вследствие крутых сопок можно было лишь пешком. Лошади являлись обузой. Горы чрезвычайно затрудняли работу разъездов, так как успех разведки вполне зависит от скрытности движений, а потому действия пеших разведочных партий приводили к лучшим результатам. Вследствие этого же, а также полного отсутствия японской кавалерии впереди их фронта, действия полка в течении кампании носили исключительно стрелковый характер; не в людях сидел пеший дух, но горы не допускали другого образа действий при всем добром желании действовать по-кавалерийски. Примером тому может служить дело под г. Кильчжу, где, при первой же встрече с противником в равнине, были пущены в дело пики и шашки.
О северной Корее нужно сказать, что хотя она и горная, но не настолько бездорожная и мало населенная, каковою представляется по картам Корфа и десятиверстной, изд. главного штаба, бывшим в отряде, на которых значительные населенные районы совсем не обозначены. В любом направлении там есть если не дорога, то горная тропа, правда, часто не вполне удобная, но все же для частей с

-204-
вьючным обозом проходимая. Населен здесь всякий уголок, мало-мальски удобный для жилья; последнее корейцами понимается своеобразно, и место, кажущееся для нас, жителей равнины, немыслимым для земледельца-корейца, при его трудолюбии, вполне удовлетворяет. Там повсюду можно видеть корейскую пашню на 45 градусной крутизне и при этом на значительной высоте — напр., на вершине перев. Матеренг (2.380 фут.).
С 22-го по 25-е августа у п. Шегульенг ежедневно днем и ночью происходили перестрелки разведочных партий и сторожевых постов. 24-го августа в сторожевом охранении 3-й сотни был захвачен в плен японский разведчик, который, не подозревая близости казачьего поста, начал рвать с дерева груши; когда же в 150 шагах раздался выстрел часового, он бросил винтовку и стал показывать знаками, что сдается; его забрали и привели на заставу. Пленный, совсем юнец, при низком росте, имел вид отлично выправленного солдата, молодецки отдавал честь, вел себя спокойно и сразу расположил в свою пользу казаков, которые наперебой предлагали ему кто что мог и напоили чаем. За такое радушие японец обнаружил полное доверие своим нежданным друзьям; в свою очередь, угощал их консервами, отлично сваренным рисом, оказавшимися у него в манерке, и через несколько минут у них шла оживленная беседа при помощи корейских слов.

 


Назад

Вперед!
В начало раздела




© 2003-2020 Адъютант! При использовании представленных здесь материалов ссылка на источник обязательна.

Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru