: Материалы  : Библиотека : Суворов : Кавалергарды :

Адъютант!

: Военнопленные 1812-15 : Сыск : Курьер : Форум

1-й Нерчинский полк
Забайкальского казачьего войска

 

Глава четвертая.
Экспедиция на гор. Куло против войск генерала Шеу 1.

Полковые истории

-84-

Эта экспедиция имела целью рассеять до 10 тысяч мятежных китайских войск, хозяйничавших в окрестностях: Синминтина, Куло, Кабанзы и проч., главное ядро которых,
-----------
1) Список участвовавших офицеров: 4-я сотня: есаул Кондратов, подъесаул Софронов, сотник Клейменов, хорунжий Щербань, подхорунжий Токмаков. 5-я сотня: есаул Глен, хорунжий Маковкин (Иван). Один взвод 2-й сотни, хорунжий Бойченко.

Начальник Южно-маньчжурского отряда ген.-лейт. Церпицкий

Начальник Южно-маньчжурского отряда ген.-лейт. Церпицкий

 

-85-
тысячи в 3-4, было под командой генерала Шеу. Руководство войсками экспедиционного отряда принял на себя начальник южно-маньчжурского отряда генерал-лейтенант Церпицкий.
Наступлением с юга со стороны г. Дзяньжоуфу руководил генерал майор Флейшер, а с севера от Мукдена и Синминтина — генерал-лейтенант Церпицкий.
В отряд генерал-майора Флейшера вошла 5-я сотня 1-го нерчинского полка, в колонну генерал-лейтенанта Церпицкого — 4-я сотня и в отряд есаула Мадритова, находившийся в дер. Фокуимыне, взвод 1 сотни.
26-го января на выручку станции Кабанзы, по сведениям, окруженной скопищами китайцев, был выслан из Инкоу отряд капитана генерального штаба Фенстера, в состав которого вошла 5-я сотня 1-го нерчинского полка; никаких скопищ там не оказалось. Слухи о них были вызваны столкновением роты капитана 3-го полка Абаза с хунхузами, в котором был убит сам Абаза и ранено несколько нижних чинов. Простояв здесь до 2-го февраля, отряд передвинулся на станцию Далянхэ, где 5-я сотня была перечислена в состав колонны полковника Рутковского — командира 4-го вост.-сиб. стрелков. полка.
5-го февраля сотня выступила с передовым отрядом колонны на город Иджоу под командой хорунжего Маковкина (Ивана). Есаул Глен принял начальствование над передовым отрядом следующего состава: рота 4-го полка, 2 орудия 57-мимилиметровой батареи, отобранные у китайцев, 5-я сотня 1-го Нерчинского полка и полусотня Читинского полка есаула Перфильева. 5-я сотня, шедшая впереди, пройдя 12 верст из дер. Иодяпуло, была встречена огнем. Обрекогносцировав эту деревню, командующий сотней донес, что ров с валом, вырытый впереди деревни, и ее окраина заняты густыми цепями китайцев. Когда отряд подошел на версту, то забор и земляной вал задымились от ружейной и фальконетной стрельбы.
Орудия заняли позицию, и под прикрытием их огня, рота под командой поручика Мокринского стала наступать, а 1 ½ сотни казаков, спешившись в деревне на левом фланге китайцев, обстреливали ров продольно. Оборона деревни не ослабевала, несмотря на энергичное наступление пехоты и фланговый огонь казаков, вследствие чего, а также не желая значительных потерь, неизбежных при взятии укрепленной деревни, в которой стреляли из-за каждого забора, есаул Глен приостановил атаку роты, которая залегла

-86-
в выемке дороги, чтобы подождать главные силы, торопливо шедшие на выстрелы. Вскоре показалась голова колонны, и китайцы, завидев прибытие подкреплений, конными массами стали уходить из деревни.
Во рву, в котором сидели китайцы, и во дворах в деревне валялись трупы погибших от гранат и флангового огня казаков, здесь же можно было видеть сквозные удары штыком — работа роты Мокринского, захватившей в фанзах и во дворах запоздавших отступить. В этот день отряд сделал еще 12 верст и остановился на ночлег.
На утро 6-го февраля передовой отряд, выступив на час ранее главных сил, направился на г. Иджоу. Передовые дозоры то и дело доносили, что по ним стреляют, но все это были небольшие конные партии, тотчас же уходившие прочь.
На встречу отряду из Иджоу приехал китайский офицер с визитной карточкой Тифангуана, заявивший, что в городе китайских солдат нет. Отряд вступил через южные городские ворога, выслав к прочим по взводу казаков. Вскоре от западных ворот прискакал казак и доложил, что китайцы отступают на запад. На рысях двинулись туда сотни, выломали запертые ворота и увидели в двух верстах до 500 китайцев, переправлявшихся через реку Далянхэ, человек же 20, не успевших уйти, залегли за вал около кумирни и с самого близкого расстояния

-87-
открыли огонь по сотням. Казаки без команды, неудержимо, налетели на этих стрелков и изрубили всех. Когда уже с ними было покончено, из кумирни выскочил еще один и прицелился в урядника Григорьева. Во весь карьер бросился на него урядник Филиппов с шашкой в руке; вот он сейчас нанесет ему смертельный удар. Но случилось не так: целившийся в урядника Григорьева, китаец сразу перенес ружье на Филиппова и выстрелил в упор.
Без признаков жизни повалился Филиппов, с простреленной головой. Возмущенные потерей общего любимца, казаки обратили китайца в куски.
Смерть урядника Филиппова была тяжелой потерей для сотни: начиная от молодецкой защиты железнодорожного моста под Ташичао и доставки донесения в Кайджоу, на расстоянии 50 верст, по местности незнакомой, сплошь занятой китайскими войсками, он был всегда в бою впереди сотни, подбодряя других на отважное дело. Этого лихого урядника, за его выдающуюся боевую службу, знали все высшие начальники, которым когда-либо подчинялась сотня. Все казаки, не исключая офицеров, плакали на его похоронах.
В окрестностях Иджоу 5-й сотней был отбит китайский обоз и много новейших ружей с запасом патронов.
7-го февраля, для рекогносцировки дороги на дер. Чагоу-мынь, в 8 часов утра, был отправлен отряд подполконника Беляцкого в составе: 2 роты, 2 орудия и 5-я сотня 1-го Нерчинского полка. Пройдя верст 8 в этом направлении, дозоры 5-й сотни из дер. Олун-чен были встречены огнем. Послав об этом донесение. есаул Глен, спешив сотню, стал залпами обстреливать занятую деревню, до подхода главных сил, с появлением которых, китайцы быстро очистили деревню. Пройдя далее верст 8, отряд вернулся обратно в Иджоу, выяснив разведкою, что в дер. Са-ху-энзы стоит Шеу с 1500 солдатами и артиллерией, в Чагоумыне -полковннк Шантунлин с отрядом до 1000 человек.
9-го августа в Чагоумынь вновь отправлен отряд: 1 рота, 2 орудия, 1 ½ сотни казаков под командой есаула Глена; после перестрелки у дер. Катанзы, отряд в 4 часа этого дня занял дер. Чагоумынь, покинутую Шантунлином утром.
Здесь стало известно, что в 12 верстах в укрепленной дер. Саухуэнзы стоит отряд генерала Шеу силою 1800 солдат и 8 орудий, вследствие чего полковник Рутковский

-88-
приказал есаулу Глену с 1 ½ сотнями произвести рекогносцировку дер. Саухуэнзы. Выступив, согласно приказания, сотни повсюду видели китайские разъезды, считавшие своим долгом послать казакам свою безвредную пулю и уходить вслед затем на дер. Саухуэнзы, не доходя с полверсты до которой дозоры заметили большую конную колонну, уходящую на северо-запад. Казаки бросились их преследовать, но высокая пыль отступающих быстро удалялась вперед, указывая, что они не идут шагом; прибавив рыси, сотни продолжали идти по их следу. Вот стали попадаться кучки отсталых в 5-10 человек, не успевших спрятаться подальше от дороги, покончив с которыми головной взвод шел вперед. Далее стали попадаться: предметы обмундирования, потерянные ружья, повозки, наконец и крупповская батарейная пушка досталась казакам трофеем за настойчивое преследование. Так гнали китайцев казаки на расстоянии 20 верст до полной устали своих лошадей. Генерал Шеу ушел в пески Монголии и остановился в этот день в 40 верстах от дер. Саухуэнзы. Китайцы рассказывали, что еще накануне он отправил обозы и артиллерию, переменив решение обороняться, вследствие недостатка артиллерийских снарядов и патронов. В 9 часов сотни возвратились в дер. Чанхунмынь, привели с собою китайский обоз, много лошадей и пушку. При обратном движении в одной деревне казаки захватили конную партию в 15 человек и, перерубив их, забрали лошадей и ружья.
13-го февраля полковник Рутковский, взяв сводную сотню и конных охотников 4-го полка, выступил на рекогносцировку по дороге на г. Куло, по которой 5-я сотня 10-го преследовали г. Шеу и, пройдя верст 10, услышал впереди орудийные выстрелы. Прибежавший монгол рассказал, через казака Ирдынеева, говорившего по-монгольски, что верстах в 5 впереди идет бой между Шеу и монголами, не пропускавшими его отряд на Куло.
Полковник Рутковский, имея инструкцию не ходить севернее дер. Саухуэнзы, не взял на себя инициативу ввязаться в бой и вернулся обратно.
Генерал Шеу, несмотря на свою артиллерию, осилить монголов не мог. Монголы, по слухам, в этом бою потеряли 300 чел., а китайцы 50. После боя Шеу с значительной частью своего отряда сдался в Синминтине подполковнику генерального штаба Запольскому.
16-го февраля из Далянхэ прибыл с донесением разъезд казака Карпова, подвергшийся около гор. Иджоу нападению

-89-
шайки китайцев. Нс ввязываясь в бой, а имея целью скорейшую доставку донесения, Карпов скрылся в кустах и миновал встречи, благополучно прибыв в отряд. За умелое выполнение поручения, казак Карпов был представлен к знаку отличия военного ордена 4 степени.
С 14-го по 20-е февраля 5-я сотня ежедневно в полном составе высылалась на рекогносцировки.
25-го февраля отряд полковника Рутковского прибыл в г. Куло, где, окончив экспедицию, в этот день сосредоточились отряды: генерал-лейтенанта Церпицкого и подполковника Запольского.
Во время обратного похода 5-й сотни в г. Инкоу на одной ночевке случилось странное происшествие, наделавшее хлопот командиру сотни. В этот день отряд остановился часов в 8 вечера во дворе зажиточного китайца.
Расседлав лошадей, 5-я сотня заняла отдельную фанзу. и казаки тотчас же открыли фабрику лепешек, поджаривая их на бобовом масле. Когда в 10 час. вечера есаул Глен зашел в это помещение, то около больших дымящихся от масла жаровен стояло несколько высоких стопок уже изжаренных лепешек, своим румяным видом возбуждавших нетерпение проголодавшихся казаков. На беспокойство сотенного командира о здоровье людей, расположившихся в дымной фанзе, последовал успокоительный ответ вахмистра.
Офицеры, удобно расположившись на подогретом кане, уже крепко заснули, когда сотенный командир, сквозь сон, услышал голос урядника Шишкина, испуганным голосом твердившего: «ваше высокоблагородие, народ сдурел!» Выскочив на двор, есаул Глен направился к казачьей фанзе, из которой доносился шум, и увидел здесь следующую картину. На дворе несколько казаков держали выкрикивавшего несвязные слова казака Ваньчикова, тут же было еще несколько буйных, вырывавшихся из рук. В фанзе часть людей спала на канах, несколько казаков сидели, свесив ноги, бессмысленно глядя в одну точку, не отвечая на вопросы. Здесь же один распевал песни, другой твердил заученное из словесности, далее несколько человек безучастно, тупо смотрели на дикие антраша танцора и прочее. На приказание сотенного командира: «Ложиться спать», никто из них не обратил внимания и каждый продолжал заниматься своим делом, не нарушая этой странной картины, озаренной тусклым, мерцающим светом китайского сального ночника. Все эти выходки приписали

-90-
опьянению от сули, но предположение оказалось неверным, т.к. из рта казаков не было слышно ее резкого запаха. 18 человек, одуревших более других, были собраны в отдельном помещении и здесь под действием рвотного, даваемого фельдшером, 10 из них вскоре при-шли в себя, восемь же, бывших в столбняке, только к утру отделались от этого состояния.
Причину одурения определить точно не удалось, но, по заявлению хозяина, казаки объелись пьяным бобовым маслом, забрав его без ведома хозяина, для изготовления лепешек.

-91-

Действия 4-й сотни в экспедиции на Куло.

16-го февраля в Телине из штаба Южно-Маньчжурского отряда получилось распоряжение о командировании одной сотни в город Мукден. На другой же день туда выступила
4-я сотня есаула Кондратова и по прибытии представилась генерал-лейтенанту Церпицкому, который объявил ей поход, в составе его колонны, выступающей завтра на Куло. Ввиду того, что отряду предстояло идти в песчаные степи восточной Монголии, было приказано взять только 4 двуколки на сотню, на которые нагрузить 10-тидневный запас провианта.
19-го февраля, после напутственного молебна, отряд двинулся на железнодорожную станцию Мукден и далее на запад через Синминтин; 22-го февраля в одном городке, за переход до города Куло, жители сообщили, что бывшие здесь два дня назад китайские солдаты из отряда Цзянь-чжаня ушли в Монголию и, по слухам, находятся в Куло. Вследствие чего генерал-лейтенант Церпицкий поднял отряд в 11 часов ночи и в темноте, по указаниям проводника, отправился к этому городу, надеясь неожиданным маневром захватить врасплох китайцев. Дорога шла по зыбучим песчаным наносам, крайне замедлившим движение артиллерии и обоза; в одном месте версты 2-3 отряд брел по колено в воде плохо замерзшего озера, окруженного обрывистыми, песчаными берегами, из которого дорога пошла по глубокому оврагу, ограниченному такими же стенами песка. На одном разветвлении этого оврага обоз ушел по другой дороге, чем задержал на некоторое время наступление отряда. Наконец около 4 часов утра отряд вышел в песчаную долину, в которой, в одной версте впереди, на берегах речки, раскинулся по пологому склону горы г. Куло; на окраине города выделялся огромный монгольский дацан (кумирня). Шедшие в авангарде

-92-
конные охотники захватили здесь лишь хвост отступавших в монгольскую пустыню китайцев.
С западной стороны города, в земляном укреплении, были найдены брошенными 8 новейших пулеметов, до сотни 2-х линейных маузеровских ружей, много патронов и большие запасы провианта. Разведками было выяснено, что отряд Цзынь-чжана из Куло ушел на запад в глубь песчаной Монголии. Его в этот день не преследовали, вследствие утомления отряда ночным переходом. На утро 4-я сотня, составляя передовой отряд колонны, раскинув веер дозоров, углубилась в безлюдную песчаную степь, даже и в студеную зиму остававшуюся серой и пыльной, и к 10 часам достигла местечка Херго, из которого торопливо уходили одиночные всадники; к северу же верстах в 2-х виднелись до 100 отступающих конных китайцев; за ними отправилась 4-я сотня и вскоре, достигнув песчаных барханов, увидела китайский обоз, не поспевший за отступающими; высланная вперед полусотня сотника Клейменова, захватила его, изрубив до 20 хунхузов; взятый тогда же китаец был отпущен генерал-лейтенантом Церпицким с поручением передать своим — предложение сдавать оружие.
После привала в Херго, сотня, предшествуя отряду, выступила далее, утопая в зыбучих песках барханов. По пути была взята завязшая в песке арба, нагруженная винтовками Манлихера и патронами. Обоз отряда, оказавшийся неспособным двигаться в песках, был отправлен в Куло. Необходимый фураж и провиант был навьючен на лошадей, и отряд, достигнув бедного оазиса Улус Шара, в 9 час. вечера остановился на ночлег.
Дальнейший поход по пустыне, без достаточного запаса фуража и продовольствия, оказался невозможным и отряд на другой день, 25-го февраля, возвратился в Куло и, передневав, выступил в гор. Мукден.
Куловская экспедиция не богата примерами кровопролитных боев и выдающимися подвигами храбрости, но те климатические невзгоды, которые выпали на долю экспедиционного отряда, в суровое время холодной, с бурными ветрами зимы, требовали от каждого непрерывного напряжения всех нравственных сил для перенесения тяжелого похода в течении многих дней подряд. Сделав переход, кавалерия не могла считать отдых в теплой фанзе для себя обеспеченным, так как служба в разъездах и в сторожевом отряде ожидали ее впереди.

-93-
Этой экспедицией запад южной Маньчжурии был очищен от отрядов китайских войск, часть которых, до 3000 чел., сдались вместе с генералом Шеу. Прочие же: частью совсем покинули Маньчжурию и ушли в монгольские степи, или же разбились на мелкие партии и надолго сделались целью для непрерывных походов из Синминтина, Дзянжоуфу, Кабанзы и других гарнизонов в долину реки Ляохэ.

-94-

Действия 1-й сотни в долине реки Ляохе.

Для действия против партий, грабивших мирное население и купеческие джонки в нижнем течении реки Ляохе, в Кабанзы был сформирован легкий конный отряд капитана Иольшина: из трех конно-охотничьих команд, 1-й сотни 1-го Нерчинского полка и двух орудий. 2-го февраля отряд вступил без обоза, дабы быть совершенно свободным, преследуя подвижные китайские шайки. До 18-го февраля он не давал покоя чутким к опасности грабителям в участке: между реками Далянхе и Ляохе, имея ежедневно незначительные перестрелки с хунхузами и жалкими остатками китайской армии, которые видели свое спасение лишь в быстроте лошадей, отобранных ими у жителей. Из более удачных стычек с ними можно привести ночное нападение отряда на дер. Са-би-хо: 7-го февраля, после 30 верстного перехода, капитан Иольшин в 11 час. дня получил сведение о шайке хунхузов Фалигоу в 150 человек, находящейся в дер. Са-би-хо, в 70 верстах от места остановки отряда; решив произвести на них нападение, капитан Иольшин дал отдых лошадям до 4 часов дня и двинулся к этой деревне, рассчитывая там быть до рассвета. Около 12 час. ночи в дер. Сан-хай-хо разъезд обнаружил присутствие хунхузов. Полусотня была выслана в тыл деревне, а охотники, встреченные с самого близкого расстояния огнем хунхузов, ворвались в занятую ими кумирню и перекололи до 40 человек.
В 9 час. утра отряд подошел к цели своего форсированного марша к дер. Са-би-хо; с трех сторон вокруг деревни было поставлено по взводу казаков, и как только охотники вскочили в деревню, оттуда во все стороны бросились хунхузы, попадая на казаков, преследовавших их до 11 часов дня. В д. Са-би-хо было захвачено много оружия и патронов.

 


Назад

Вперед!
В начало раздела




© 2003-2020 Адъютант! При использовании представленных здесь материалов ссылка на источник обязательна.

Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru