: Материалы  : Библиотека : Суворов : Кавалергарды :

Адъютант!

: Военнопленные 1812-15 : Сыск : Курьер : Форум

1-й Нерчинский полк
Забайкальского казачьего войска

 

Глава третья.
Мобилизация и боевая деятельность 4-й, 5-й и 6 сотен до присоединения к полку.

Полковые истории

-50-

4-я сотня 1.

Мобилизация, объявленная на 12-е июня, застала 4-ю сотню в следующем положении: сотня стояла двумя заставами по-полусотенно: в станице Платоново-Александровской — с подъесаулом Софроновым и на станции Гродековой — с командиром сотни есаулом Кондратовым, неся службу, с 3-го июня, по охранению разъездами границы, от Турьего рога до поселка Софье-Алексеевского; далее же к югу охрану несла
-------------
1) Мобилизовавшись сотня имела следующий состав.
Обер-офицеров — 3
Вахмистров — 1
Урядников — 9
Приказных — 3
Трубачей — 2
Строевых и обозных казаков — 102
Фельдшеров — 1
Итого — 121
Обозных лошадей — 24

-51-
6-я сотни Нерчинского полка. Вследствие недостаточности одного младшего офицера, к сотне был прикомандирован штабс-ротмистр приморского драгунского полка Левицкий, который и был назначен начальником Гродековской заставы.
Приведением в мобилизационную готовность казачьего имущества занялись начальники застав, не прекращая разведывательной службы. Сотенный же командир отправился в штаб-квартиру сотни — в пос. Камень-Рыболов, с целью закончить отчетность мирного времени, рассортировать имущество, мобилизовать обоз и сдать казармы. 23-го Июня мобилизация сотни закончена, 24 обозных лошади были приняты от комиссии; впредь до получения от полка льготных, для управления двуколками были назначены строевые казаки.
Для более тщательного несения пограничной службы, 4 сотня выставила промежуточные заставы: в пос. Софье-Алексеевский и ст. Атамановскую.
Граница все время была спокойна, если не считать нескольких случаев перехода мелких партий в русские пределы, кончившихся неудачно, вследствие своевременного энергичного преследования разъездами сотни.
Первые сведения о неприятеле в участке 4-й сотни были получены 25 июня, они касались 2-х небольших партий, показавшихся по дороге со ст. Гродековой на Пограничную; высланный в этом направлении разъезд настиг их в рассыпной пади, верстах в 12-ти от Гродековой, но китайцы рассеявшись в разные стороны, более здесь не показывались, что засвидетельствовал секрет, оставленный на этом месте.
26 июня было обнаружено присутствие китайских партий около ст. Пограничной, но произвести нападение они не решались.
28 июня дали знать, что небольшая пешая партия китайцев перешла границу между поселком Софье-Алексеевским и ст. Гродековой. Высланный на другой день разъезд с урядником Мунгаловым напал на их след и захватил 8 китайских солдат, которые были отправлены в Никольск.
2 июля были задержаны два подозрительных китайца, один из них оказался писарем, пробиравшимся из крепости Эхо во Владивосток, с порядочным свертком писем; у него нашли 800 рублей золотом и 400 рублей русскими кредитками он был отправлен в г. Ннкольск.

-52-
Для держании связи с двинувшимся на крепость Эхо отрядом, 9-го июля 20 казаков со штабс-ротмистром Левицким отправлены на ст. Пограничную.
Наконец, 16 июля сторожевая служба 4-й сотни была закончена. Стянувшись в Платонову-Александровку, сотня, вместе с прибывшими 35 казаками 6-й сотни, по приказанию командующего войсками Приморской области, 19 июля, в один день сделала 120 верст, и, придя в пос. Софье-Алексеевский, получила распоряжение отправиться для снятия китайских постов и умиротворения пограничной полосы. На другой день был получен маршрут, по которому в 5-тидневный срок нужно было пройти 450 верст. Ввиду невозможности всюду, по намеченным направлениям, двигаться обозу, было получено 9 вьючных седел от Уссурийской сотни. Взяв с собою 5-тидневный запас сухарей и по 120 патронов на казака, 4-я сотня 22-го июля, в 5 часов утра, двинулась на север. На привале сотенный командир объявил людям цель экспедиции: «рассеять сборища вооруженных китайцев в долине реки Мурень» и двинулся на д. Фами-шан-дзу, но вскоре свернул на запад к разрушенной крепости, где, по слухам, шли военные приготовления. После 25-ти верст движения по горным долинам, с крайне редким населением, подошли к реке Мурень, н, пройдя по ее долине верст 10, остановились на ночлег около одной китайской деревушки, население которой, испугавшись, бросилось в горы, но задержанное казаками было успокоено и вернулось по домам.
На утро, в 5 часов, двинулись к д. Зарад, где, по сведениям, шли военные приготовления. Двигались по долине реки Мурень. В утренней дали, впереди, извивался высоко столб дыма, обозначая цель настоящего движения сотни — Зарад, где видимо шла военная жизнь. Высланный разъезд с урядником Ладыженским донес, что в трех фанзах у д. Зарада заметно движение китайских солдат. Переправившись через речку в брод, сотня на рысях пошла вперед; в полуверсте от фанз сотня была встречена безвредными выстрелами; но после сигнала: — «к атаке» — сотня построила разомкнутый строй, и атаковав, изрубила 26 китайцев. Фанзы оказались складочным местом нового обмундирования китайских солдат и военных значков; ящики, нагроможденные друг на друга до самого потолка, были наполнены военными куртками и головными уборами. На ближайшей горе оказалось свежевырытое укрепление значительной профили.

-53-
Предав огню фанзы, сотня, около 2-х часов дня, двинулась далее вниз по течению реки Мурени, пустынные берега которой, на многие версты, не оживляются даже бедной китайской лачугой, лишь временами появится на голой сопке одиночный всадник и тотчас исчезает в ближайшей падушке. Под конец перехода разостлалась широкая равнина, трава которой, выше человека, скрыла движение сотни. Пройдя 70 верст за этот день, сотня в 7 час. остановилась на ночлег, а на утро, в 6 часов, с мерами охранения, двинулась далее на Фу-ли-ман-дзу. На этом переходе, а также на следующем, двигались по равнине с высокою травою, также мало населенной, не видя никакого признака вооруженного движения в редко попадающихся деревнях. 25 июля, в 9 часов утра, сотня была в д. Фулимандзе, оказавшейся совершенно мирной. В этот же день полусотня отправилась на г. Сан-син, и, пройдя верст 20, узнала о занятии его русскими, вследствие чего и тот же день в 2 часа ночи вернулась; на другой день 4-я сотня, в одиннадцать часов, продолжала свой путь вниз по реке Мурень. Достигнув горы Сяо-лин, отстоящей на 30 верст от предыдущей ночевки, сотня далее двигаться не могла, вследствие разлива р. Мурень и всех ее притоков, которые, обратившись в бурливые горные потоки, оказались непроходимыми.
По указаниям жителей, все окрестное население совершенно спокойно и даже не знает о вооруженном движении в Манчжурии. В этот же день сотня повернула на озеро Ханка, песчаным берегом которого и горными тропами, через два дня, 28 июля, была в д. Платоно-Александровской, уничтожив по пути небольшой пограничный китайский пост. Здесь были оставлены 35 казаков 6-й сотни. 30 июля 4-я сотня прибыла на станц. Гродеково, а 31 июля была уже на ст. Пограничной, где должна была грузиться в вагоны для отправки в Никольский отряд. 1 августа поезд тронулся по временной железной дороге до ст. Мурень, в то время конечный пункт движения поездов.
4 августа 4-я сотня присоединилась к Никольскому отряду, стоявшему биваком на берегу речки Мудадзян, в 17 верстах от ст. Мадаши. Начальник отряда генерал-майор Айгустов поджидал подхода сюда же 19 Вост. Сиб. Стр. полка и полубатальона 14 Вост. Сиб. Стр. полка, из гор. Никольска, ввиду чего наступление на город Нингуту было отложено на неопределенное время. Между тем начались проливные дожди. от которых, до сего времени небольшие

-54-


реки и ручьи, вздулись в мутные горные потоки, затруднив до крайности тыловое сообщение отряда с гор. Никольском, вследствие чего ожидаемые подкрепления прибыли лишь 14 августа. В этот день, когда 19-й полк только подходил к биваку, генерал-майор Айгустов, собрав начальников частей, объявил следующую диспозицию наступательного боя: противник, выставив меры охранения, сосредоточился: у села Эхо — 2500 человек, на переправе через реку Мудадзян в 8-ми верстах от города Нингуты — 1000 человек в самом городе — 4000 человек. В 2 часа, с рассветом двинуться на д. Эхо боевой части: 13-й стрелк. полк, нештатная батарея, 12-я сотня охранной стражи; за ними, составляя резерв: 1-й и ожидаемый 19-й Восточно-

-55-
Сибирские стр. полки и вся кавалерия отряда: 4 эскадрона Приморского драгунского полка, 2-я сотня 1-го Читинского полка Забайкальск. каз. войска, 4-я сотня 1-го Нерчинского полка и конно-горный взвод нештатной батареи.
В 12 часу ночи был поднят Никольский отряд, и, соблюдая полную тишину, стянулся на линии сторожевых застав. В 2 часа двинулась 13-я сотня охранников, а за ней части, назначенные в боевую линию. В 3 часа перешли в брод речку Керхэ, а когда на рассвете передовая сотня поднялась на небольшую возвышенность перед укреплением Эхо, то ее дозоры были встречены выстрелами китайских сторожевых постов, выдвинутых примерно на версту от бивака, который также стал стрелять еще не зная с какой стороны противник. Кавалерия резерва, под командою полковника Познанского, тотчас же рысью двинулась на Нингутинский тракт, дабы стать на пути отступления защитников укрепления Эхо; но когда конная колонна еще далеко не была у цели, а двигалась без дорог по убийственным китайским пашням, вдали видно было как китайцы, дефилируя из укрепления, направлялись на гор. Нингуту. При приближении колонны полковника Познанского, отступающие несколько раз занимали позицию стреляли по ней, но лишь, заметив перестроение в боевой порядок, быстро убегали далее, направляясь на высокую сопку у переправы, видневшуюся от самого Эхо.
Кавалерия весьма медленно шла вперед. Мешали пашни. За д. Сан-дя-зы, в 8-ми верстах от переправы, горный взвод окончательно отстал, а эскадроны и сотни задержались на полчаса, вследствие распоряжений.
При дальнейшем наступлении вперед была выслана 4-я сотня Нерчинцев, которая, рассыпав лаву, двинулась на переправу, драгуны же, бывшие до сего времени впереди, свернулись в колонну и следовали за ее правым флангом. Сотня уже подходила к д. Хуншиха, когда с высокой голой сопки грянул орудийный выстрел, через несколько мгновений граната, прошипев зарылась позади согни в пашне. Сотня по приказанию начальника штаба отряда полковника Лесовского рысью прошла деревню, лежащую в глубоком овраге, и когда показалась в виду занятой китайцами горы, то обороняющиеся, после короткой, нерешительной стрельбы, по молча наступающей лаве, совсем замолчали, Выехавшая на покинутую гору сотня очутилась на вершине обрыва, по склону которого вьется дорожка; широкая серебряная лента р. Мудадзяна, пройдя у самого обрыва, окаймляет

-56-
обширную сплошь возделанную долину; наполненную деревьями и всюду разбросанными фанзами; а впереди еле вырисовываясь, раскинулся серый город Нингута.
На переправе, под горой, шаланды увозили последнюю партию китайских солдат, которые поспешно отступили к городу, напутствуемые двумя гранатами, подоспевших сюда же наших горных орудий. Так, без потерь для русского отряда, была занята переправа, открывающая дорогу на г. Нингуту.
Китайцы в этот день потеряли 3 орудия, одно из них было ими брошено на переправе.
К 11 час. дня отряд стянулся к переправе; разъезды были высланы на противоположную сторону реки.
В 5 час. переправились вплавь: эскадроны, Читинская сотня и полусотня 4-й сотни, горный же взвод и 2-я полусотня остались по сю сторону реки; на последнюю было возложено держать связь с тылом.
На другой день, в 8 час. утра, конный отряд, двинулся на гор. Нингуту, занял его без особенного сопротивления и, пройдя далее по тракту, за городом стал биваком; захвачены: арсенал и пороховой склад.
16-го августа в гор. Нингуту собралась вся пехота и стала в городе по квартирам. Наша 4-я сотни выставила 5 постов (7-9 человек) между Нингутой и ст. Молаши.
23 августа, в 11 час. ночи, к начальнику отряда был вызван есаул Кондратов, и в 2 часа ночи полусотня двинулась к северу на ст. Хайлин, где, по сведениям, шайки бродячих китайских солдат и хунхузов (разбойников) задерживают мирных жителей, желающих вернуться в Нингуту под защиту русских.
На рассвете проводник подвел полусотню к фанзе, где спали 60 китайцев, они бросились через двор и засев на горе, открыли огонь; залпами спешенного взвода гора была немедленно очищена; бежавшие рассеялись по лесу.
Около 9 час. утра, после безуспешных розысков по лесу, сотня двинулась далее и за 6 верст до ст. Хайлин настигла небольшую партию хунхузов — пятеро из них были зарублены казаками, а 6-й захвачен с собою. Около часа дня полусотня достигла безлюдной станции Хайлин, носившей свежие следы грабежа. После двухчасового отдыха у этой станции сотня к 9 часам вечера была в Нингуте; приведенный хунхуз был обезглавлен.
25 августа отряд выступил на Омосо; 4-я сотня оставлена в Нингуте в составе тылового отряда полковника Чижа; посты летучей почты продолжены до д. Салиджан.

-57-
Дальнейшая служба, до 25-го декабря, для согни слагается из непрерывных командировок казаков; для сопровождения проезжающих по тракту, в разведку и погоню за мелкими партиями бродячих китайских солдат; посты от Салиджана до Мудадзяна непрерывно несли почтовую службу, подвергаясь ночным нападениям. Неоднократно вся сотня участвовала в поисках, часто в составе отряда из 3-х родов оружия. Главное направление экспедиции долгое время был г. Тунгенчин, сделавшийся приютом вооруженных остатков Хунчунских войск.
9 сентября к гор. Тунгенчину, лежащему верстах в 40 к Юго-Западу от Нингуты, направился отряд капитана Генерального штаба Мельгунова: одна сотня и 2 роты. В этот же день было донесение о значительных потерях этого отряда (2 офиц. 23 ниж. чина) и о упорстве китайцев не спешивших отступать. На усиление к ним 10 сентября по правому берегу Мудадзяна двинулась 1 сотня Аргунцев, 2 роты, 2 горных орудия, с полковником Дудкиным, по левому же, для наблюдения за переправами, 4-я сотня Нерчинцев, которая в 11 час. вечера вошла в связь с капитаном Мельгуновым и узнала, что подкреплений из Нингуты еще нет, а китайцы упорно сидят, затворившись в импани. На утро казак прискакал с известием об отступлении их в горы. Несколько вооруженных китайцев, переправившихся через Мудадзян, были замечены постами 4-й сотни и изрублены.
В этот же день весь отряд вернулся в Нингуту.
Через 2 дня о Тунгенчине опять стали ходить беспокойные слухи, 14 сентября вновь был произведен набег на этот город, но китайцы вовремя его покинули. В состав этого отряда входила 4-я сотня.
Взорвав стены импани и кумирни беспокойного городка, лежащего вблизи тылового сообщения Никольского отряда, сотня вернулась обратно.
19 сентября подъесаул Софронов командирован со взводом для держания связи с отрядом, двинувшимся на Хунчун для преследования хунхузов.
11 октября на пост летучей почты, находящийся между Нингутой и этапом Салиджан, было произведено ночное нападение, кончившееся ранением хорунжего Нерчинского полка Попова.
Хорунжий Попов, следуя с эшелоном в гор. Гирин, на этапе Салиджан заболел и с разрешения командира полка остался для следования обратно. Пройдя до вышеупомянутого

-57-
поста летучей почты, он заночевал. Встав еще до рассвета, хорунжий Попов вышел из фанзы, чтобы сделать распоряжение для выступления, как с улицы грянул залп. В кисти левой руки хорунжего Попова были раздроблены несколько костей. Казаки бросились в погоню, но за темнотой никого не нашли.
Между тем беспокойный Тунгенчин не унимался; даже после разгрома шайки хунхузов, захваченной здесь 13-го октября, он продолжал быть гнездом вооруженных скопищ, пока, наконец, 27 октября в нем был поставлен взвод сотника Сладкова; хотя и после этой меры его окрестности не переставали быть приютом для беспокойных шаек.
7 ноября сотник Сладков доносил, что им захвачено 4 вооруженных китайца, от которых он узнал о присутствии значительной партии китайских солдат в местечке Ляо-Линза, лежащем в 4-х верстах к востоку от Тунгенчина в долине речки Ту-тай-дза. На другой же день, по распоряжению командующего войсками Приморской области, сотник Сладков подошел к этому местечку и выслал разъезд в сторону Нингуты, для связи с отрядом полковника Дудкина (в 1 ½ сотни Аргунцев), но пройдя около 4-х верст, разъезд никого не встретил и вернулся обратно. Сторожевые китайцы заметили взвод сотника Сладкова и открыли огонь. Из деревни бросились кучи хунхузов, уходя в сопки. Считая минуту для атаки своевременной, Сладков помчался со взводом мимо деревни, не обращая внимания на стрельбу со стен, налетел неожиданно на речку с крутыми, обледенелыми берегами, довольно значительной ширины; сильный конь офицера перелетел через нее, но она оказалась не по плечу маленькому Забайкальскому коню. Видя своего начальника далеко впереди под выстрелами остановившихся китайцев, взвод, увлекаемый примером урядника Ладыженского, делает усилия и вместе с Сладковым врубается в ряды китайцев. Уже дело было покончено, когда сюда подошли сотни полковника Дудкина, но преследовать отступивших по крутым лесистым сопкам было невозможно.
8-го декабря в 2 часа ночи из Тунгенчина было получено донесение о перестрелке с хунхузами, в которой погиб сотник Сладков. Не имея известий о судьбе тунгенчинского взвода, начальник отряда генерал-майор Чичагов в ночь командировал туда из Нингуты взвод с подхорунжим

-59-
Токмаковым, а на другой день выступил отряд из 3-х родов оружия.
В Тунгенчине же 8 декабря произошло следующее: узнав от жителей о присутствии шайки хунхузов на левом берегу реки Мудадзян, между Тунгенчином и этапом Салиджан, сотник Сладков тотчас же выступил туда со взводом, но хунхузы, ограбив хозяина, успели уйти в горы. Сотник Сладков, отправился за ними; встречные маньчжуры подтвердили правильность взятого направления, и через несколько верст, перевалив довольно высокий

 

-60-
хребет, взвод спустился в долину, на дне которой, в обнесенном высокой стеной постоялом дворе, остановились преследуемые.
Подъехав шагов на 200 к задней стене двора, сотник Сладков спешил взвод на склоне горы, поросшей кустарником, и лишь коноводы повернули назад, как молчавшие до сего времени хунхузы открыли огонь со стены, с места — же ранив заводного коня и казака Ушакова. Оставшийся верхом сотник Сладков под выстрелами подскакал к самой стене и, спешившись, с револьвером в руках, побежал к углу стены, к которому одновременно по другому фасу подкрался китаец, и здесь, на расстоянии одного шага, между ними произошел поединок на револьверах: первым выстрелил Сладков, но неудачно.

-61-
В дальнейшей борьбе китаец оказался в более выгодном положении, так как будучи обращен к стене левой стороной, имел свободную правую руку; Сладков же правой рукой был прижат к стене. Когда сотник Сладков подался к углу, чтобы выстрелить вновь, то его предупредил выстрел китайца, поразивший Сладкова в голову насмерть. (Этот момент описан со слов подхорунжего Токмакова, расследовавшего это дело на другой день на месте). Произошло это в несколько секунд на глазах всего взвода. Приказный Цоктоев, и. д. взводного, под градом пуль, с несколькими казаками бросился к стене и, схватив мертвого офицера, перенес его к средине фаса ограды. Здесь был убит казак Мариловцев, ранены казаки: Лазарев и Цокиев, последний ранен в ногу выстрелом в отверстие под стеной. Дальнейшая обстановка сложилась так: пять казаков засели за дровами и с 50 шагов стреляли по появляющимся над стеной голован хунхузов. Слева в таком же расстоянии в фанзе засели остальные казаки. С ранением приказного Цакиева, старшинство над взводом принял на себя казак Карп Забелин. В полном порядке он вывел из-под выстрелов раненых, и не подумав об отступлении, решил отомстить за смерть начальника и товарищей; до самой ночи казаки не давали покоя защитникам и лишь над стеной появлялся китаец, его уже ждала пуля. Желая никого не выпустить из постоялого двора, Забелин с наступлением сумерек окружил его постами, послав донесение на ближайший Салиджанский этан, где стояла полусотня Аргунцев; оттуда ночью прибыл с полусотней хорунжий Букановский и, усилив посты, решил атаковать на рассвете, но хунхузы, пользуясь темнотой ушли незаметно, ограбив убитых: сотника Сладкова и казака Мариловцева. В этом деле во взводе убиты: 1 офицер и 1 казак, ранены: 4 казака. Во дворе фанзы осталось несколько убитых китайцев.
После Сладкова начальником Тунгенчинской заставы назначен подхорунжий Токмаков.
На другой день генерал-майор Чичагов отдал приказ о сформировании отряда для преследования хунхузов в котором писал: «Я уверен, что казаки сумеют отомстить за убийство дорогих товарищей, и пока хунхузская шайка не будет уничтожена беспощадно, до тех пор сотня должна оставаться в Тунгенчине. Скажите от меня сотне, что вы идете мстить за смерть дорогих товарищей».

-62-
16-го декабря была получена телеграмма командующего войсками Приамурского военного округа: «Скорблю о потерях. Мир славному праху Сладкова! Забелина жалую урядником и знаком отличия военного ордена 3-й степени. Цокиеву знак отличия 3 степени, на остальных 17 казаков жалую 5 знаков отличия 4-й степени.
Последние знаки были розданы по усмотрению генерала Чичагова казакам: Лазареву и Тихоньких, прочие же 3 знака по выбору самих участников: Ушакову, Колобову и Котовщикову.
Мстить за смерть сотника Сладкова отряд двинулся на юго-запад от г. Нингуты 2 колоннами: 2 роты 12-го российского стрелкового полка с подполковником Соковичем — по дороге на Салинджан, а 2 сотни аргунцев с есаулом Федосеевым — правым берегом реки Мудадзян. 4-я нерчинская сотня ничего не могла дать этому отряду, так как вся была в расходе.
15-го декабря, в полночь, колонна Соковича прибыла в г. Тунгенчин. Посадив здесь одну роту на маньчжурских лошадей. Сокович спешно выступил к дер. Сяосы-тхэ, лежащей на берегу озера Нан-ху-тун, в 45 верстах к югу от г. Тунгенчина, где сотни есаула Федосеева сидели у стен занятой китайцами импани, после неудавшихся попыток взять ее. Взвод подхорунжего Токмакова тотчас же двинулся вперед конной роты и, сделав 45 верст горными тропами, проходившими внизу озер Бей-ху-тун и Нан-ху-тун, красиво раскинувшихся в глубоких горных расселинах, на утро был у дер. Сяо-сы-тхэ, где нашел только раненых аргунцев, сотни же ушли далее, вслед за бежавшими на юг китайцами.
Взвод в этот же день к ним присоединился. До самой ночи казаки преследовали по пятам, временами видневшегося впереди, на горах, противника и остановились на отдых. Но лишь села луна, сотни двинулись далее, и пройдя версты четыре увидели внизу в глубокой долине костер. Тихо подошли сотни к самой фанзе, обнесенной глиняной стеной и с криком: «ура!» ворвались в ворота. Полусонные китайцы бросились к единственной свободной калитке в задней части двора и, производя беспорядочную стрельбу, столпились в этом углу, грудами валясь от казачьих залпов. Так забайкальцы справили тризну по убитым товарищам, буквально завалив трупами злосчастную калитку. Начальник этой шайки, как рассказывали китайцы, носил лядунку и шашку, снятые с сотника Сладкова.

-63-
 

-64-
Здесь был убит: подхорунжий аргунского полка Окунцов, ворвавшийся первым в занятый китайцами двор. Подхорунжий Токмаков и казаки Онохов, Саватеев и Цыдыпов за ночную атаку получили знаки отличия военного ордена 4-й степени. Этим делом окончилась боевая служба 4-й сотни в нингутинском отряде; 27 декабря она выступила в г. Телин, где присоединилась к полку 26-го января.

Смерть сотника Сладкова

Смерть сотника Сладкова

 

-65-

5-я сотня.

Еще в то время, когда раздались лишь первые выстрелы в Таку и все сотни Нерчинского полка были заняты работой мирного времени, 5-я сотня, по распоряжению командующего войсками южно-уссурийского отдела генерал-лейтенанта Линевича, внезапно села на поезд в Никольске-Уссурийском и, прибыв во Владивосток, 5-го июня погрузилась на пароход восточно-китайской железной дороги «Дальний Восток», а на следующий день в 4 часа утра пароход вышел в открытое море. Никто не мог сказать куда повезут сотню: в Артур или в Таку, так как секретное

-66-
предписание об этом находилось у капитана крейсера «Владимир Мономах», конвоировавшего транспорт. По пути пароход зашел в Посьет за 7 восточно-сибирским стрелковым полком, а 7-го июня направился на юг.
5 суток было не видно берегов; наконец, 11-го июня в дали показалась синеватая полоска Квантунского берега, а затем пароходы подошли к узкому проходу в Артурский порт. Эскадра судов, стоявших на рейде, могучим «ура!» встретила первый эшелон русских войск из Приамурья. С Золотой горы дали знать в Порт; и в 5 часов вечера «Дальний Восток» вошел в довольно тесный залив, причалив к пристани.
В Артуре в то время ключом била военная жизнь: как в бухте, так к на берегу, всюду суетились военные люди, пристань была завалена ящиками с боевыми припасами и интендантскими консервами, все рестораны и гостиницы были переполнены жаждавшим отправиться на театр войны офицерством.
Сам город, гнездящийся по крутым горам, имел вполне китайский вид; те же фанзы, те же узкие улицы и кривые переулки, лишь набережная, да ближайшие к ней кварталы выглядели по-европейски. Вместо извозчиков, проворные рикши назойливо предлагали свои услуги, но езда на людях не доставляет удовольствия, тяжелое дыхание утомленного и мокрого от пота китайца неприятно.
В Артуре сотня несла городскую полицейскую службу, а высылаемые ежедневно дальние разъезды следили за спокойствием побережья ближайших бухт. Тотчас же после разгрузки с парохода, сотня приступила к мобилизации 1.
22-го июня 1-я полусотня, с есаулом Глен и хорунжим Маковкиным, Иваном, по предписанию штаба Квантунской области, отправилась по железной дороге в отряд полковника Домбровского, командира 11-го стрелкового полка, для защиты узловой станции Ташичао (Дашицяо); 2-я же полусотня с сотником Федосеевым была оставлена в Порт-Артуре.
Локомотив помчал поезд с полусотней на север. Слева то и дело синели глубоко врезавшиеся в берег заливы, появляющиеся на несколько минут между гор, перед пробегавшим поездом; промелькнул узкий перешеек,
----------
1) Состав 5-й сотни: есаул Глен, сотник Федосеев, хорунжий Маковкин (Иван), казаков — 120, строевых лошадей — 126, обозных лошадей — 10.

-67-
соединяющий Квантун с Ляодуном, и более море не показывалось. Поезд пошел горными долинами мимо городов и густо расположенных деревень желтого от глинобитных фанз цвета.
24-го июня сотня была на ст. Ташичао, откуда отходит 15-ти верстная ветка к городу Инкоу (Ньючванг), главному торговому порту южной Маньчжурии. Здесь стоял один батальон 11-го вост.-сиб. стрелк. полка и 4 орудия 1-й батареи квантунского артиллерийского дивизиона. С первого же дня полусотня держала связь с отрядом охранников полковника Мищенко, геройски отстаивавшим железную дорогу на ст. Айсядзан в 60 верстах к северу, и несла непрерывную разведывательную службу в окрестностях Ташичао.
29-го Июня на выручку полковника Мищенко, атакованного китайцами на ст. Хайчен, лежащей в 30 верстах к северу, были отправлены поездом рота и полусотня есаула Глен. Подходя к Хайчену поезд встретил сожженный мост и остановился в виду станции, где шла перестрелка. Китайцы, заметив приближавшийся поезд, бросились прочь от станции, преследуемые сотнями конных охранников; полусотня нерчинцев, выгрузившись из вагонов направилась наперерез убегающим и вместе с охранниками гнала их на расстоянии 5 верст. В этот день полусотня с ротой вернулись обратно в Ташичао, привезя с собою раненых охранников.
Полковника Мищенко восстание захватило в гор. Ляояне, где он, с 200 охранниками и множеством семейств железнодорожников, трое суток отбивался в холерных бараках и, улучив темную ночь, ушел в Айсядзан, усиливаясь по пути частями, охранявшими железную дорогу. Отступая с боем до Хайчена, он шаг за шагом упорно задерживался, дорого продавая каждую пядь вверенного ему пути и здесь, заняв железнодорожный вокзал, ежедневно отбивался от нападений китайцев.
Нуждаясь в патронах, полковник Мищенко обратился в Квантунское артиллерийское управление, которое, ссылаясь на принадлежность охранников к министерству финансов, во имя канцелярской рутины в патронах отказало; но не отказали ему в этом защитники Ташичао.
Впоследствии квантунское артиллерийское управление продавало охранникам патроны за деньги.
На предложение отступить к Ташичао, доблестный начальник охранников отказался, не желая покинуть вверенные ему по службе сооружения железной дороги.

-68-
30-го июня положение Мищенко вновь оказалось непосильным, и на выручку к нему из Ташичао отправился поездом полковник Домбровский с частью своего отряда. Заметив это, 1500 китайцев, находившихся к северо-западу от станций близ дер. Пудятунь, в 6 часов утра стали наступать и заняли высоты в 4-х верстах к северу от Ташичао, рассчитывая, воспользовавшись малочисленностью защитников, завладеть станцией; подполковник Гамбурцев занял пехотой и 2-мя орудиями северную окраину станции, приказав полусотне 5-й сотни выдвинуться вперед и спасти от разрушения небольшой железнодорожный мост, находящийся близ занятой китайцами горы: с разрушением моста отряды подполковника Домбровского и полковника Мищенко оказались бы отрезанными. Есаул Глен, оставив для наблюдения за мостом урядника Филиппова с 10 казаками, полусотней занял высоту левее. Сильною трескотней встретили китайцы вышедшую на позицию полусотню со своей командующей высоты, но после первых же казачьих залпов перешли на другое место своей обширной горы и вновь затрещали из ружей и фальконетов. Вскоре, не выдержав огня полусотни, они совсем спрятались за гору, поддерживая лишь редкую перестрелку.
На урядника Филиппова выпало тяжелое дело отстаивать ответственный пост, держась против неприятеля много сильнейшего, оценившего значение моста. У подошвы горы, занятой китайцами, приютилась небольшая деревушка, довольно близко подходившая к охраняемому мосту, в ней собралась значительная партия наступающих, которые из-за заборов открыли огонь по залегшим за насыпью казакам, и под его прикрытием человек 70, с топорами и ломами, бросились к железной дороге и в нескольких стах шагов от урядника Филиппова застучали по железным рельсам; видно было, как приподняв ломами и бревнами рельсы со шпалами, они бросали их обратно, не зная как поломать прочные скрепы; залпами урядник Филиппов положил нескольких из них на месте; прочие убежали в деревню, не принеся вреда дороге. Эти попытки они повторяли несколько раз с прежним неуспехом и новыми потерями. Изведенные дерзостью горсти казаков, полсотни боксеров и китайских солдат с ружьями и громадными ножами, насаженными на длинные древки, бросились с криком прямо на них. Огонь из винтовок оказался бессильным остановить этот дикий порыв. Тогда урядник Филиппов, не считая благоразумным ввязываться

-69-
в рукопашную свалку с сильнейшим врагом, сев с разъездом на коней перед носом противника, отскакал на несколько сот шагов и, спешившись вновь, проводил обратно уже охладевших азиатов, поражая их с постоянного прицела на выбор. В этой непрерывной борьбе за обладание рельсовым путем, на глазах полусотни, урядник Филиппов находился с 7 час. утра до 4 час. дня, отбивая всякие попытки врага.
В 4 часа дня вновь человек 50, выскочив из деревни со связками хвороста и гаоляна, бросились к мосту, и, не смотря на потери от казачьих пуль, добежали и подпалили под ним горючий материал. Не потерявшись, урядник Филиппов

-70-
бросился вместе с приказным Абрамовым к загоревшемуся мосту; под сильным огнем с горы и деревни, они разбросали костер и затушили мокрой землей уже горевшие балки.
В это время в стороне Хайчена раздался свисток локомотива, на котором прибыли отряды Домбровского и Мищенко. Две сотни охранников: Кубанская — Страхова и Донская Денисова, во главе с полковником Мищенко, и полусотня есаула Глена бросились за отступающими китайцами. Широкая долина, раскинувшаяся версты на три, усеялась беглецами, искавшими спасения от настигавших их казаков, но лишь в густых зарослях гаоляна они могли укрыться, и то не надежно; их преследовали до темноты. Урядник Филиппов, принявший также участие в этом преследовании, молодечеством обратил на себя внимание полковника Мищенко, который потом с удовольствием рассказывал есаулу Глену про его удаль.
Охранники на другой же день ушли в Инкоу.
С 1-го по 13-е Июля китайцы активных действий не предпринимали; полусотня несла разведывательную службу. Разъезды высылались во все стороны, так как шайки китайцев появились уже с востока и с юга.
На утро 13-го июля с востока и севера одновременно донесли о наступлении китайцев в значительных силах. Тотчас же к северу были высланы две роты 11-го полка и три взвода казаков с есаулом Гленом под командой подполковника Рябинина (полусотня накануне была усилена 2-мя взводами Верхнеудинцев с хорунжим Хлебниковым).
Все прочие части и 1 взвод казаков заняли гору к востоку. Начальник отряда подполковник Рябинин приказал есаулу Глену с полусотней идти вперед к железнодорожному мосту и там ждать прибытия на дежурном поезде рот.
Дождавшись у указанного пункта поезда, есаул Глен получил приказание: обойти правый фланг противника, занявшего ту же позицию, как и 1-го июля, на горе около моста, и прикрыть огнем выгрузку рот из поезда. Еще в то время когда сотня шла к намеченному месту, китайцы открыли сильный огонь из фальконетов и ружей по приближавшемуся поезду. Полусотня, выгрузившись из поезда, совершенно изрешеченного пробоинами, спешилась и залпами обстреливала с фланга, занятые китайцами, овраги. Роты цепями двинулись на противника и заставили его отступить на дер. Пудятун.

-71-
Рота штабс-капитана Ивашина, раненого в этом деле, принесла большой урон противнику, уничтожив значительную партию китайцев, окруженную ею в одном овраге.
Отряд, действовавший на востоке, также успешно отразил попытки наступающих. Здесь разъезд хорунжего Маковкина (Ивана) был принять своими за противника и попал под перекрестный огонь своей и неприятельской артиллерии; перестрелка эта окончилась для разъезда благополучно.
На другой день с утра разъезды дали знать, что со стороны станции Кайджоу появились конные партии китайцев, за которыми наступали значительные силы, портившие железную дорогу и сжигавшие мосты. Разъезды отстреливаясь отступали, не теряя противника из вида. Версты за три до Ташичао наступавших встретили орудийным и ружейным огнем. Услышав выстрелы на юге, китайцы с севера и востока также перешли в наступление, но отряд, усиленный накануне батальоном 8-го полка, успешно отбивался на три фронта. Артиллерийский бой на севере затянулся до 8 часов вечера. В этот день сотня была разбита на взводы и не имела случая действовать совокупно. На позициях всю ночь оставались сильные дежурные части.
С разрушением железной дороги с юга, ст. Ташичао не потеряла связь с Артуром: оставался еще свободным морской путь через Инкоу.
Для оттеснения китайцев, продвинувших свой правый фланг почти до Инкоусской жел. дор. ветки, испортив которую они бы окончательно отрезали Ташичао, 15-го июля был предпринят фланговый марш подполковника Гамбурцева (2 роты, 2 орудия и полусотня), результатом которого было очищение китайцами западных высот.
Оставаясь с трех сторон около Ташичао, китайцы более решительных действий не предпринимали, ежедневные же перестрелки не прекращались до 27-го июля. Для доставки донесения в отряд полковника Хорунженкова, находившийся и Кайджоу, разъединенный с Ташичао значительными скопищами китайских войск, полковник Домбровский вызвал охотников. Исполнить это взялись урядник 5-й сотни Филиппов и казаки. Шмакотин, Бакшеев и Будаев, и темною ночью отправились в путь по незнакомой местности; пробираясь в виду китайских постов и деревень, занятых неприятелем, уже более половины пути прошли они, придерживаясь разрушенной железной дороги, когда были замечены и встречены стрельбой; уклонившись от преследования, они

-72-
ушли подальше вправо, и, скрываясь зарослями прибрежных болот Ляодунского залива, прошли в ночь более 50 верст и благополучно прибыли в отряд полковника Хорунженкова. Следующею ночью они, с таким же успехом, вернулись обратно, заслужив за это знаки отличия военного ордена 4 степени.
27-го июля полусотня была переведена из Ташичао в г. Инкоу. В средних числах августа, с прибытием отряда генерала Флейшера в Ташичао, китайцы очистили окрестности ее и отступили на север.
Генерал Флейшер двинулся далее и в Хайчене, имея пред собою 40 тысяч китайцев генерала Шеу, простоял около месяца.
8-го сентября командование отрядом принял генерал-майор Субботич и безостановочно наступая, после боев: под старым Ньючвангом, Айсядзаном, Шахэ и Ляояном, занял Мукден. Полусотня 5-й сотни в течении августа, сентября, октября и ноября почти ежедневно имела перестрелки в окрестностях Инкоу с небольшими партиями хунхузов, грабившими китайские джонки, тысячами ежедневно приплывавшие с верховьев реки Ляохэ.
Из более крупных поручений, возлагавшихся за этот период на полусотню, было: две рекогносцировки старого Ньючванга, произведенные в конце августа и в первых числах сентября; одна из них дала весьма основательные сведения о расположении в этом городе 6000 китайских регулярных солдат, обученных немецкими инструкторами.
В конце сентября полусотня вместе с охотничьей командой заняла город Тянжантай, лежащий к северу от Инкоу на реке Ляохэ, где и был водружен русский флаг, для предупреждения Англичан, намеревавшихся сделать то же самое.
24-го ноября 2-я полусотня, остававшаяся в Артуре, прибыла в Инкоу, сделав поход с отрядом генерала Волкова из Шанхай-Гуаня в г. Синминтин.
7-го декабря сотни, по приказанию начальника отряда, выступила за Ляохэ, на розыски командира 2-го полка, полковника Модль, ушедшего в начала ноября с 4-мя ротами на охрану линии железной дороги Инкоу-Шанхай-Гуань и, вследствие ледохода на реках, не дававшего о себе вести. Между тем в начале декабря стали носиться слухи об окружении его скопищами китайцев. Слухи эти казались правдоподобными, потому что из-за Ляохэ непрерывно распространялись между населением рассказы о большом количестве китайских войск, отступивших туда от Мукдена,

-73-
и что к китайскому новому году готовится новое восстание; вследствие этого начальник Южно-Маньчжурского отряда генерал-лейтенант Церпицкий тревожился за судьбу полковника Модль.
Переправа по льду реки Ляохэ (в 400 сажен ширины) около дер. Тянжантай задержала сотню на несколько часов, так как морские приливы и отливы, поднимающиеся вверх по реке на многие версты, ломали несколько раз в день прибрежный лед. Переночевав в Тянжантае, сотня двинулась на Кабанзы, куда прибыла к вечеру, сделав в этот день 80 верст. На этом переходе, а также на следующем до гор. Дзинжоуфу, где находился полковник Модль, она двигалась около линии железной дороги, местами приспособленной китайцами для обороны, перестреливаясь несколько раз в день с небольшими шайками хунхузов. Убедившись в благополучии отряда полковника Модль, сотня 11-го декабря вернулась в Инкоу, пройдя в 5 дней 380 верст. На обратном пути, за 12 верст до Тянжантая, была обнаружена импань, занятая вооруженными китайцами, которые, заметив наступление сотни, бежали, оставив чугунное орудие, 50 фальконетов и ружей, много патронов и несколько пудов пороха. За быструю связь с отрядом полковника Модль, сотне была объявлена благодарность в приказе по Южно-Маньчжурскому отряду № 132 — 1901 года.

-74-

Действия 2-й полусотни 5-й сотни в Шанхай-Гуанском отряде.

2-я полусотня 5-й сотни, оставленная в Артуре для несения городских нарядов, по смерти командовавшего ею сотника Читинского полка Федосеева, была принята хорунжим Маковкиным (Иваном).
Первое боевое назначение полусотня получила 17-го сентября, когда ей приказано было спешно нагрузиться на пароход Восточно-Китайской дороги «Проспер» и войти в состав десантного отряда генерал-майора Волкова, предназначенного для взятия приморской крепости Шанхай-Гуань, окруженной современными фортами с новейшей артиллерией.

Ген.-адъют. Павел Иванович Мищенко

Ген.-адъют. Павел Иванович Мищенко

-75-
В десантный отряд вошли следующие части: 15-й и 16-й полки 4-й стрелковой российской бригады, 2-я полусотня 5-й сотни 1-го Нерчинского полка, полурота сапер и 4 орудия. Кроме парохода «Проспер», десант перевозили крейсера добровольного флота: «Москва», «Орел» и пароход китайской восточной железной дороги «Гирин». Нагрузившись одновременно с полусотней, десант 18-го сентября, в 4 часа утра, вышел в море, конвоируемый крейсером 1-го ранга «Россия». 19-го сентября эскадра подошла к открытой бухте Шанхай-Гуаня, где на рейде уже стояло множество русских и иностранных судов, на фортах, уже сданной без боя крепости, развевались флаги всех наций; железнодорожный вокзал и вся дорога к югу до Таку были заняты отрядом Церпицкого, прибывшим сюда поездом несколькими минутами ранее Англичан.
На следующий день полусотня, в составе отряда генерал-майора Волкова, поездом двинулась к гор. Дзянжоуфу для занятия железнодорожной линии, строившейся англичанами на Инкоу.
За 12 верст до Дзянжоуфу, для обрекогносцирования одной деревни, по слухам занятой китайцами, была выгружена полусотня. Пройдя версты две, дозоры около указанной деревни наскочили на неприятельский пост и перерубили его, по полусотне из деревни китайцы открыли огонь, который обнаружил присутствие в ней значительного отряда. На донесение об этом, сюда была прислана рота, и китайцы, выбитые ею из деревни, были преследуемы полусотней, изрубившей нескольких беглецов; при этом был ранен казак Деревцов и 2 лошади.
Заняв Дзянжоуфу, отряд направился на г. Синминтин, оставляя от полусотни на расстоянии 250 верст, начиная от железнодорожной стан. Далянхэ, посты летучей почты, служба которых отправлялась при тяжелых условиях, так как вся местность, от Мукдена до Далянхэ, была наполнена небольшими партиями китайских солдат. Эти партии, временами силою до 100 человек, грабили мирное население и нередко нападали на посты и следовавших с пакетами казаков. Для большей самостоятельности, постам было придано по несколько стрелков. 24-го октября на пост № 3, находившийся около дер. Бан-ля-мынь, ночью напали боксеры, которые хотя и были отбиты, но успели переранить 5 человек стрелков. Для подания им медицинской помощи, на соседний пост были посланы за фельдшером казаки: Колобов и Никитин и два стрелка. В 12 верстах от

-76-
Бан-ля-мыня они встретили фельдшера, сопровождавшего 5 больных стрелков, следовавших из г. Синминтина, и в ближайшей деревне в фанзе, принялись за чаепитие. Беспечность на этот раз не прошла даром. Окруженные здесь боксерами, все, кроме фельдшера, успевшего спастись, погибли.
В средних числах октября посты были сняты и полусотня стянулась в Синминтин.
16-го октября несколько тысяч хунхузов, по сведениям, появились в 40 верстах к северу от Синминтина; для проверки этих слухов были высланы полусотня 5-й сотни с ротой 16-го стрелкового полка под командой штабс-капитана Максимовича. Имея на пути несколько встреч с мелкими партиями, уходившими после первых же выстрелов, отряд тысячных скопищ не нашел. На обратном пути в г. Синминпу в правом дозоре шли казак Хлуднев и конный ординарец стрелок Гозев. День был туманный, дорога виляла между кустами и дозор незаметно отбился от своего отряда. Как вдруг в тумане они видят пред собой китайский обоз из восьми повозок, сопровождаемый конным конвоем в двадцать человек и несколькими пешими солдатами. Дозорные не потерялись от этой неожиданной встречи и, рассчитывая на близость своего отряда, с самого близкого расстояния открыли по ним стрельбу. Не разобравшись с кем имеют дело, конные бросились наутек, преследуемые стрелком Гозевым, а казак Хлуднев, оставшись один, подстрелив двух мулов в головной телеге убегавшего обоза и одного китайца, завязал перестрелку с остальными, которые только теперь заметили, что перед ними один казак, набрались храбрости и хотели на него напасть; но Хлуднев, не теряя хладнокровия, уложил двух на месте, прочие же, завидев возвращение Гозева, разбежались, оставив в добычу двум смельчакам обоз. Покончив так удачно, Хлуднев и Гозев отправились в путь, взяв направление наугад. Уже темнело, когда они дошли до одной китайской деревни и оставшись здесь всю ночь не смыкали глаз, а на утро продолжали свой путь по указаниям китайцев; не доезжая 10 верст до г. Синминтина, они встретили вновь до 20 конных китайских солдат и не задумавшись открыли по ним стрельбу, скрываясь за местными предметами. Смелость и находчивость вновь выручила их, так как китайцы, не допуская такой дерзости от двух человек, подумали, что имеют дело с русским отрядом, и поспешили уйти.

-77-
За эту находчивость и удаль Хлуднев и Гозев были награждены знаком отличия Военного ордена 4-й степ. И об их лихом деле было объявлено в приказе по 16-му стрелковому Императора Александра III полку за № 293 от 19 октября 1900 года.
В средних числах ноября полусотня перешла в Мукден, а 24 ноября, конвоируя отделение общины Красного Креста, походным порядком, прибыла на станцию Ташичао и присоединилась к 1-й полусотне в гор. Инкоу.

-78-

6-я сотня.

Мобилизация 1900 года застала 6-ю сотню в лагере под г. Никольск-Уссурийском. В первый же день объявления ее, 12-го июня, 1-й взвод с сотником Февралевым отправился на Хунчунский пограничный пост, а сотник Анисимов с 3-м взводом на Мангугайскую заставу, для охранения границы с Манчжурией. Остальная же полусотня, с командиром сотни подъесаулом Большаковым 13-го июня выступила в станицу Полтавку, место своей постоянной квартиры, и прибыв туда 15-го Июня, приступила к мобилизации, неся вместе с тем службу по охранению границы разъездами вплоть до пос. Софье-Алексеевского.

Начальник экспедиционного отряда ген.-лейт. барон Каульбарс

Начальник экспедиционного отряда ген.-лейт. барон Каульбарс

 

-79-
15-го июля полусотня была командирована в распоряжение есаула Кондратова и в составе 4-й сотни участвовала в экспедиции в долину реки Мурень, откуда вернулась 30-го июня.
К 26-му августа вся 6-я сотня была сосредоточена в ст. Полтавской.
Все это время граница оставалась совершенно спокойной и общение между жителями китайского города Санчангоу и станциею Полтавской, разделенными расстоянием в несколько верст, ничем не нарушались.
В первых числах сентября жители окрестностей г. Санчангоу стали переселяться в русские пределы, вследствие появления в этом районе партии хунхузов в 400 человек; для борьбы с этой шайкой, а также для занятия г. Санчагоу был сформирован отряд полковника Копейкина: из 6-й сотни Нерчинского полка и Уссурийской льготной сотни.
11-го сентября, утром, полусотня 6-й сотни с сотником Анисимовым перешла границу для рекогносцировки к западу от Санчагоу. С другой полусотней, в 2 часа дня, вверх по р. Суйфун выступил подъесаул Большаков на соединение с вольной дружиной штабс-ротмистра Левицкого, ожидавшейся со станции Пограничной. Уже вечерело, когда было получено донесение о перестрелке, раздававшейся в стороне импани, но ввиду наступившей ночи полусотня возвратилась в город, соединившись здесь с полусотней сотника Анисимова.
В 5 часов следующего дня 1-я сотня и полусотня уссурийцев под общей командой есаула Большакова пошли к импани, в которой накануне слышались выстрелы, и в пути, получив донесение о присутствии около импани каких-то вооруженных людей, двинулись к ней рысью.
Еще издали видно было как около импани, перебежав через дорогу, какие-то люди исчезали в гаоляне, проделывая обычный маневр китайцев в критическую минуту отступать, пользуясь зарослями этого гигантского растения, вследствие чего в 800 шагах от них был спешен взвод, но лишь раздались первые выстрелы, как из гаоляна закричали русские голоса; это оказалась дружина штабс-ротмистра Левицкого, перестреливавшаяся здесь накануне с хунхузами.
Сделав в этот день около 40 верст, подъесаул Большаков с помощью местных жителей напал на след шайки, руководимой хунхузом Да-чу-баши, и на другой день

-80-
13-го сентября, после 45-ти верстного движения дикими тропами, вьющимися по горным перевалам, углубляющимся временами в тайгу, маленький конный отряд спустился в долину р. Эрдагоу и оказался между двумя китайскими отрядами, разделенными 6-ти верстным расстоянием; место нахождения их было обозначено горевшими фанзами. Долина была перерезана рядом оврагов и так густо покрыта гаоляном. что не было никакой возможности действовать в конном строю, поэтому подъесаул Большаков, спешив уссурийцев и полусотню 6-й сотни, двинулся против китайской банды в 200 чел., находившейся у сулевого завода, вверх по долине. Молча наступая под выстрелами хунхузов, казаки с 800 шагов открыли огонь. С первых же выстрелов был убит их начальник; оставшись без главы, китайцы бежали в ближайший лес, оставив на месте боя убитых и раненых.
Лишь успели окончить дело у сулевого завода, как с низу долины стал наступать другой отряд противника и вскоре послышались резкие звуки китайских военных труб; наступало около 300 китайских регулярных солдат, которые после нескольких залпов повернули назад и обратились в поголовное бегство. Их не преследовали в этот день, по случаю наступивших сумерек. Переночевав на сулевом заводе, сотни прошли верст 6 вниз по выжженной и покинутой жителями долине, а затем двигались горами по следам отступивших до 1 часу дня. В эти 2 дня было отбито 230 ружей и до 6000 патронов.
Затем отряд вернулся в гор. Санчагоу. На донесение об этом преследовании. командующий войсками округа телеграфировал: «Командира 6-й нерчинской сотни благодарю за искусное преследование, надо чтобы не нас беспокоили хунхузы, а мы не давали им покоя. Действия нерчинской сотни поставить в образец действиям наших небольших колонн против хунхузов».
С 18-го сентября 1900 года до 10-го апреля 1901 года 6-я сотня стояла гарнизоном в Санчагоу, шайки хунхузов в 150 верстном районе от Санчагоу не видели покоя от казаков, результатом неустанной службы которых было полное успокоение этого края.
10-го апреля 6-я сотня была заменена в Санчагоу аргунской и выступила в гор. Мукден, где стоял 1-й нерчинский полк. От станции Гродеково 6-я сотня проехала железной дорогой до ст. Мурень, далее же следовала походом.

-81-
В Гирине сотня была осмотрена генералом Каульбарсом на походе и удостоилась благодарственного приказа по 2-му корпусу за отличный порядок. В городе Итунжоу она была задержана и в составе колонны полковника Печенкина приняла участие в Лунганской экспедиции.
Отряд полковника Печенкина 2б-го мая выступил из Итунжоу и после двух дней похода по густонаселенным долинам, подходя к гор. Хайлунчену, стал встречать арбы, нагруженные многочисленными семьями китайцев и их домашним скарбом; вереницы таких обозов становились гуще по мере приближения к городу, по их рассказам, осажденному хунхузами.

-82-
Разъезды, высланные к Хайлунчену, нашли все обширное предместье города в пожаре, хунхузы же, заслышав о приближении русских, бежали, не успев взять застенного города, который обороняла китайская земская стража. 4000 банда хунхузов разделилась на мелкие партии и отступила по разным направлениям; преследуя их, казаки захватили в окрестных горах несколько десятков беглецов, которые были казнены местным фудутуном.
На другой день в г. Хайлунчен прибыл начальник экспедиционного отряда генерал-лейтенант Каульбарс с конными охотниками 16-го полка и 2-мя горн. орудиями, а 30-го мая сюда же прибыл из Гирина отряд полковника Столицы.
Состав собравшихся здесь отрядов был изменен: 6-я сотня вошла в отряд генерал-майора Крыжановского, ему же были подчинены 5-я сотня аргунцев, 1 ½ сотни амурцев, 2 конных орудия 2-й забайкальской казачьей батареи, 2 горных орудия и охотничья команда 13-го полка.
В 7 часов утра 31-го мая отряд генерал-майор Крыжановского выступил на юг и, пройдя 30 верст, остановился на дневку в сожженном хунхузами городе Лю-хэ-джан, войдя отсюда в связь с колоннами полковника Котова и полковника Сервианова.
2-го июня отряд перешел в дер. Гушандзы, лежащую в 35 верстах к востоку от места последней дневки, где нашел отряд полковника Грязнова, и куда на другой день прибыл отряд полковника Столицы; отсюда 6-й сотней была установлена связь с отрядом ген. Хорунженкова, прибывшим из Мукдена в д. Эрдагоу.
7-го июня был сформирован отряд из 6-й сотни нерчинской, 5-й аргунской, полуроты конно-сапер, 2-х рот 1-го полка и 2-х конно-горных орудий, который под командой генерала Хорунженкова 8-го июня выступил на соединение с колонной полковника Котова и дер. Падзядян: с полуперехода втянувшись в девственную тайгу, отряд подошел к большому горному перевалу Дафангоу; узкая трона, ведущая на его малодоступные крутизны, оказалась непроходимою для горных орудий, движению которых мешали груды камней, поваленные деревья и естественные крутизны, доходившие временами до 45°; через все эти препятствия орудия переносились на руках людей в разобранном виде. В этот день, за 7 часов, отряд прошел 15 верст и остановился в 12 часов дня на биваке за перевалом, догнав генерал-лейтенанта Каульбарса, который в 2 часа пошел далее

-83-
с 4-й сотней амурцев и конными охранниками 14-го полка. 9-го июня, поднявшись рано утром, отряд выступил далее под проливным дождем по тайге; болотистые ручьи, груды камней, столетние деревья, повалившиеся от времени друг на друга, затрудняли движение до крайности. Выбиваясь из сил, саперы кое-как топором прокладывали дорогу.
Пройдя 3 часа, отряд остановился на привал, нагнав вновь генерал-лейтенанта Каульбарса, который решил дальнейший путь продолжать с одной кавалерией и охотниками, отряду же генерала Хорунженкова приказал вернуться на место покинутого ночлега. В 3 часа конный отряд двинулся далее под дождем, не перестававшим весь день; перевалили небольшой хребет, после которого тайга стала еще гуще, еще непроходимее; лошади с трудом брели, увязая в грязи, и за 4 часа было пройдено лишь 3 версты. Ввиду крайней усталости отряда, на другой день была назначена дневка в самом сердце Лунганских гор. 2 июня поход продолжался далее по тайге, ревниво не дававшей солнечному лучу заглянуть в свои вековые дебри. Толстые стволы деревьев, между которыми бросались в глаза березы в несколько обхватов, бесконечно тянулись по сторонам; но вот стали попадаться, изредка, одинокие лачуги бедных дровосеков; местность стала открытее и отряд, пройдя еще несколько верст, вышел в населенную долину, где встретил разъезд из отряда полковника Котова. В дер. Па-дзя-дяне 6-я сотня впервые после 2-х летней отдельной командировки встретилась со своим полком.

 


Назад

Вперед!
В начало раздела




© 2003-2020 Адъютант! При использовании представленных здесь материалов ссылка на источник обязательна.

Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru