|
СРАЖЕНИЕ ПРИ БАЯНДУРЕ
2 ноября 1853 года
В то время как к Александрополю и Ахалцыху подходили войска призванные прикрыть границу с Турцией, в районе Карса сосредотачивался Анатолийский корпус Абда-паши. Область между Александрополем и Ахалцыхом постоянно подвергалась грабительским набегам курдов, особенно плохо приходилось духоборцам и армянам которые только в русских штыках видели свою защиту.
Боевые действия открылись нападением турок на пост Святого Николая в ночь с 15 на 16 октября , одновременно корпус Абди-паши двинулся к Александрополю. 29 октября турки вышли к Арап-чаю, на следующий день наши казачьи разъезды вступили в бой с отрядами курдов и понеся потери отошли к Александрополю. Командовавший русскими войсками князь Барятинский поддавшись на уговоры князя Орбелиани согласился на операцию против Баяндура незадолго до этого нами оставленного. 2 ноября отряд князя Орбелиани выступил из Александрополя. Отряд продвигался без разведки, не выслал разъездов и был обременен пудовым довеском совершенно не нужного в той ситуации обоза.
Селение Баяндур располагалось в двенадцати верстах от Александрополя, к нему ведут две дороги, верхняя и нижняя, причем верхняя пригодна для движения повозок, а нижнюю пересекают канавы и имеются болотистые места.
Состав отряда князя Орбелиани: 2-й, 3-й и три роты 4-го батальона Эриванского карабинерного полка (подполковник Тарханов-Моуравов), 1-й и три роты 4-го батальона Грузинского гренадерского полка (подполковник Ниродов), 1-й батальон Куринского егерского князя Воронцова полка (подполковник Оклобжио), Кавказский стрелковый батальон (подполковник Лузанов), две роты саперов (капитан Лутонин), два дивизиона Нижегородского драгунского полка (подполковник Тихоцкий), сотня Донского № 2 полка и две дружины Елисаветпольской милиции. Артиллерия: батарея №1 полковника Лагоды (Кавказская гренадерская бригада), Батарея №2 полковника Брискорна (Кавказская гренадерская бригада), легкая батарея №1 подполковника Де Саже и Донской артиллерийский дивизион подполковника Долотина.
Около двух часов дня русские войска под командованием князя Илико Орбелиани подошли к Караклису и начали форсировать глубокий овраг, по дну которого протекала речушка. Перейдя овраг, первая боевая линия попала под огонь артиллерии противника и была атакована его кавалерией. Два дивизиона Нижегородцев и казаки 2-го Донского полка отбросили курдов попытавшихся захватить наш обоз, при этом Елисаветпольская милиция обратилась в бегство. Войска первой линии: 2-й и 3-й батальоны Эриванцев, батальон егерей, две роты Кавказского стрелкового батальона и батареи №№ 1 и 2 поднялись на высоты и их глазам предстали массы турецких войск. Впоследствии выяснилось, у противника было до 30000 пехоты и кавалерии и около 40 орудий.
Боевой порядок русских войск: I-я линия – 2-й и 3-й батальоны Эриванского полка и 1-й батальон егерей, две роты Кавказского стрелкового батальона и в интервалах батареи №1 и №2; 2-я линия – за Эриванцами три роты 4-го батальона Грузинских гренадер, левее две роты саперов и три роты 4-го батальона Эриванцев. Резерв: батальон Грузинского гренадерского полка, две роты Кавказского стрелкового батальона и легкая батарея №1, а так же дивизион Нижегородских драгун и дивизион Донской легкой №7 конно-артиллерийской роты.
Как только русские пошли в атаку, кавалерия турок отошла и наступающие попали под огонь 40 орудий. Заметим, в этот раз турецкие артиллеристы вели весьма меткий огонь и наносили отряду чувствительные потери. Отряд остановился, и завязалась артиллерийская дуэль, которую прерывали попытки турок атаковать и разбить русских. Бой шел уже больше часа, войска несли совершенно не нужные потери и виноват в этом по мнению генерала Ольшевского начальник отряда: «Ему следовало если не отвести немедленно пехоту с артиллерией назад, то атаковать Баяндур, а не держать бесцельно ее под убийственным неприятельским огнем. Произошло же это от неуместного упрямства и излишней гордости Начальника отряда».1)
Роты Кавказского стрелкового батальона были рассыпаны в цепи, но вести огонь по противнику не могли из-за более выгодного положения турецких войск. Стрелки несли потери от огня турецкой артиллерии. Тяжелое ранение в ногу получил поручик Аппельберг: «сорок два человека стрелков выбыли из строя убитыми и ранеными, не принеся делу никакой пользы».2)
Конница курдов, атаковавшая обоз отряда обратила в бегство милицию, которая в панике вернулась в Александрополь, сея панику среди населения города. Курды попытались начать грабеж, но попав под огонь орудий донцов Кальгачева и будучи атакованы пикинерными эскадронами подполковника Тихоцкого отошли. Среди тех, кто мужественно защищал имущество своих полков, упомянем артельщика 10-го эскадрона драгуна Федора Кузнецова, унтер-офицера 9-гоэскадрона Харьковского и прапорщика Вихмана. Рядовой 2-й роты Кавказского стрелкового батальона Иван Борисов застрелил двух курдов, но получив сквозную рану пикой в шею свалился без чувств. К радости и удивлению однополчан он вскоре вернулся в строй.
Батальонами первой линии руководил командир 3-го батальона Эриванцев князь Тарханов-Моуравов. Видя, что батальоны несут потери, он приказал разомкнуть ряды, а чтобы подбодрить солдат вызвал песенников. Унтер-офицер Эриванского полка Кондратий Литвиненко ободрял своих товарищей по оружию разными шутками и прибаутками. Несколько раз турецкая пехота пыталась атаковать наши боевые порядки, но отступала, неся потери. Когда была перебита артиллерийская прислуга, полковник Тарханов приказал карабинерам стать к орудиям и огонь продолжался.
Навсегда остались в боевой летописи 1-го Кавказского стрелкового батальона имена вольноопределяющегося 2-й стрелковой роты Алексея Баркалова, который, получив ранение в правую руку, не покинул строя, пока не упал от потери крови, стрелка 4-й роты Василия Павлова мужественно переносившего тяжелейшею контузию обеих ног и потерявшего обе ноги рядового 1-й роты Игната Янкуса. Свом примером они поднимали дух однополчан.
Мужество русского солдата, всегда поражавшее неприятеля, в этот день было беспримерно. На пикинера 10-го эскадрона Перебейноса налетели двое курдов и свалили с коня. В падении отважный драгун пронзил пикой одного из нападавших, а встав на ноги расправился и со вторым. Один из артиллеристов батареи подполковника Брискорма, неся заряд к орудию, был тяжело ранен. Его хотели отнести в лазарет, но он попросил подождать, так ему хотелось самому увидеть выстрел орудия: «Сам, сам отдам, вы только поддержите меня, а я хочу поглядеть, а я хочу поглядеть, авось подобьем турецкую пушку!».3)
Положение отряда с каждым часом все усложнялось, можно было ожидать подходя свежих турецких частей. Князь Бебутов видя это, лично ведет на помощь два батальона Ширванского пехотного полка, батальон Белостокского пехотного полка и три дивизиона Нижегородских драгун. Турки, увидев столбы пыли, поднятые спешившими на помощь частями, начали быстро уходить за Арапчай. Бой закончился, благодаря глупости и бездарности начальника отряда потери составили более 400 человек убитых и раненых.
Император Николай I щедро наградил участников боя. Всем нижним чинам было пожаловано по рублю серебром, а наиболее отличившимся 60 знаков отличия Военного ордена. Почти все офицеры получили ордена или производство в следующий чин.
Князь Тарханов-Моуравов удостоился золотой сабли с надписью «за храбрость». Капитан Позняк ( Кавказский стрелковый батальон) был пожалован орденом Святой анны 2-й степени, штабс-капитаны этого же батальона: Максимов (ордена Святого Владимира 4-й степени с бантом), Петр Новицкий (ордена Святой Анны 3-й степени с бантом), Егор Новицкий (ордена Святой Анны 2-й степени). Трое нижних чинов батальона были награждены знаками отличия военного ордена: юнкер Иван Рейтер (№93510), фельдфебель Степан Островерченко (№92404) и унтер-офицер Семен Степанов (№92405).
Среди награжденных были офицеры и нижние чины Нижегородского драгунского полка: Золотых шашек удостоились – полковник Тихоцкий и майор Кашинский; ордена Святой Анны 3-й степени с бантом были пожалованы капитанам Познякову и Сурину, штабс-капитанам графу Менгдену и Ямбржиковскому, и прапорщику Покатилову. Знаков отличия военного ордена удостоились Федор Кузнецов, Алексей Перебейнос, Елистрат Колюжный, Осип Опришко и Василий Кованцов.
Не был обойден царской милостью и князь Орбелиани, ему был Высочайше пожалован орден Святого Станислава 1-й степени. Высочайшая грамота гласила: «НАШЕМУ ГЕНЕРАЛ-МАЙОРУ, КОМАНДИРУ ГРЕНАДЕРСКОГО ЕГО ИМПЕРАТОРСКОГО ВЫСОЧЕСТВА ВЕЛИКОГО КНЯЗЯ КОНСТАНТИНА НИКОЛАЕВИЧА ПОЛКА, КНЯЗЮ ОРБЕЛИАНИ 3-МУ
По засвидетельствованию Главнокомандующего Отдельным Кавказским корпусом о примерном мужестве и распорядительности, оказанных вами в сражении под сел. Баяндуром, где 2-го числа сего месяца, вверенный вам отряд войск уничтожил все покушения главных Турецких сил, и по прибытии подкрепления, заставил их ночью поспешно удалиться за Арапчай, Всемилостивейше жалуем вас кавалером ИМПЕРАТОРСКОГО и ЦАРСКОГО ОРДЕНА НАШЕГО Св. Станислава первой степени, знаки коего при сем препровождая, пребываем ИМПЕРАТОРСКОЙ милостию НАШЕЮ к вам благосклонны
На подлинной Собственною Его Императорского Величества рукою написано: «Николай» г. Гатчино, 20 ноября 1853 года».
ЛИТЕРАТУРА:
1) Ольшевский М. КАВКАЗ с 1846 по 1866 год СПб 2003г., стр. 334
2) Исторический обзор деятельности Кавказского стрелкового батальона с 1837 по 1888г. Тифлис 1888,. Стр. 282
3) Путилов Н. Сборник Известий относящихся до настоящей войны СПб., 1855г., стр.101
Бобровский П.О. Значение Кавказской резервной гренадерской бригады 1816-1856гг. СПб. 1895г.
Потто В. История 44-го Нижегородского Его Императорского Величества государя Наследника Цесаревича полка СПб. 1895г., т.VII
|
