: Материалы  : Библиотека : Суворов : Кавалергарды :

Адъютант!

: Военнопленные 1812-15 : Сыск : Курьер : Форум

Апухтин В.Р.

Казанское Дворянское Ополчение 1812–1813–1814 гг.

Очерк и материалы о формировании, передвижении, военных действиях Казанско-Вятской народной военной силы и о пожертвованиях Казанского Дворянства в Отечественную войну.

Юбилейное издание Казанского Дворянства. Под редакцией Казанского Губернского Предводителя Дворянства Сергея Сергеевича Толстого-Милославского.

 

Публикуется по изданию: Апухтин В.Р. Казанское Дворянское Ополчение 1812–1813–1814 гг.: М., Типография В.И. Воронова, 1912.

 

 

Часть II-я

Архивные материалы

 

Общ. арх.Мин. Вн. Дел Д-та Пол.Исп. 1812 г.
№ 290 „О составе ополчения в Казанской губ“.

Казанского Гражданского Губернатора 28 июля 1812 г. № 4674. Г. Министру Полиции. Какие по получении при Указе Прав. Сената от 10 июля сего года ВЫСОЧАЙШЕГО ЕГО ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА Манифеста о составе внутреннего в России ополчения сделаны мною по Казанской губернии зависящие от содействия моего распоряжения, обязанностью поставляю представить Вашему превосходительству в нижеследующем: 1) 18-го числа июля, то есть в самый день получения ВЫСОЧАЙШЕГО Манифеста, препроводил я два экземпляра оного к здешнему преосвященному; пожертвование его от своего лица двумя тысячами рублями и уверение в приличном его на сей случай содействии в молитвах и убеждении всех сословий к ревностному исполнению ВЫСОЧАЙШЕЙ ЕГО ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА воли, в том Манифесте изображенной, составляли содержание его ко мне отзыва, на другой день вместе с деньгами полученного. 2) Озабочиваясь, дабы все сословия, входящие в состав Казанской губернии ясно могли разуметь силу слов и убеждений АВГУСТЕЙШЕГО Монарха, я необходимостью почел поручить того же числа директору здешней гимназии, г. профессору Яковкину, сделав с оного перевод на татарский язык, напечатать 200 экземпляров и разослал их татарам в Казани и вне оной, немалую часть граждан и поселян ее составляющих. Сие средство сделалось виною сильного впечатления на сердца сих иноверцев и открыло усерднейшее поревнование к пользам отечества. 3) На другой день, 19 числа июля, разослал я экземпляры упомянутого Манифеста в [13] шестигласные думы и ратуши всех городов Казанской губернии с приличным в предложении моем (с коего приложена здесь копия) изъяснением содержания оного и нужным убеждением к деятельнейшему оного исполнению. Произведенное сим в сердцах граждан рвение обнадеживает меня значительными по мере состояния их пожертвованиями. Отъезд всего почти купечества на Макарьевскую ярмарку есть единственная преграда неукоснительной деятельности их, которая ознаменовать должна испытанную любовь их к вере, ГОСУДАРЮ и Отечеству и которая в последующем моем к Вашему Превосходительству донесении конечно обстоятельнее изображена будет. Наконец 4) 21 июля я за нужное почел обратиться с предложением моим (с коего прилагаю у сего копию) к собравшемуся тогда сословию дворянства вверенной мне губернии. Воззвание Всемилостивейшего ГОСУДАРЯ приняло дворянство Казанской губернии с свойственною верным сынам отечества готовностью, в четвертый день ознаменовалась мера ревностного усердия, гласом АВГУСТЕЙШЕГО ИМПЕРАТОРА в сердце его возбужденного. Сие почтенное сословие с числящихся за всеми вообще дворянами 82.000 душами ополчают 3280 воинов, в том числе 280 конных, приемля на себя одежду, содержание, возможное вооружение их и жалованье чиновникам оного ополчения на все время существования его. Начальником же сего ополчения избрали Артиллерии Генерал-Майора и Кавалера Дмитрия Александровича Булыгина, согласно собственному его на службу в составе ополчения вызову. О дальнейших же последствиях по описанной материи буду иметь честь донести с следующею почтою. Подписал: Губернатор Борис Мансуров.
Копия с предложения данного Казанской губернии Градским думам и ратушам. Препровождая у сего для сведения и непременного исполнения экземпляр ВЫСОЧАЙШЕГО ЕГО ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА Манифеста, изданного сего года июля 6 дня в лагере российских войск близ Полотска, я не нахожу за нужное повторять здесь содержание оного, все изложенное в нем сильнее всех моих выражений к потрясению патриотических чувствований в самом их основании! Он изображает деятельный [14] дух АВГУСТЕЙШЕГО МОНАРХА, движимый непреложною любовию к благу поданных Его о внешней и внутренней безопасности возлюбленной ими России; и наконец, твердое надеяние на все сословия, ее составляющие. Среди сих опасительных попечений ЕГО ИМПЕРАТОРСКОЕ ВЕЛИЧЕСТВО, взывая, между прочим, к сословию граждан, приглашает их вместе с ним единодушным и общим восстанием содействовать противу всех вражеских замыслов и покушений, надеясь в каждом из них зреть древнего российского гражданина Минина.
Сей бессмертный в памяти Россов муж в 1612 году в часы ужасных польских и шведских на погубление России ополчений, пламенея беспредельною любовию к Отечеству, по стечении ратных людей и по избрании достойного полководца, Князя Пожарского, возвращается в Нижний Новгород, собирает всех граждан на площадь, изливает в сердца их равные своим чувствования, растворенный любовию к вере и отечеству и первый приносит все, что имеет, в общую казну на жалованье ратным людям; а на него смотря, снесли и граждане большую часть имения своего. Вот точные слова Российского бытописания! Вот разительный пример пламенной любви к отечеству, в ВЫСОЧАЙШЕМ ЕГО ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА Манифесте сословию граждан предложенный! Пример достойный подражания верных сынов Его! Вот прямой и надежный путь к бессмертной славе, увенчавшей некогда Гражданина Минина, и ко оказанию подобной ему любви и усердия к отечеству.
Изъяснив таким образом сословию граждан предлежащий им в настоящем случае подвиг, на сем основании я ожидать буду неукоснительного содействия, к коему его ГОСУДАРЬ ИМПЕРАТОР именем отечества призывает.

*****

Копия с предложения данного Казанскому Дворянскому собранию. Внимая силе слова, сообщаемого при сем ЕГО ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА Манифесте, 6-го июля сего года в лагере Российских войск при Полотске изданного, может ли кто усомнится, что содержание его, являя почтенному сословию дворян совершенную доверенность и твердую на него надежду АВГУСТЕЙШЕГО Нашего ГОСУДАРЯ [15] ИМПЕРАТОРА, открывает ему вместе с сим новое поприще к славе Его в спасении веры, Престола и отечества? В нем ясно изображены коварные действия неприятеля, его силы и стремление к разрушению славы и благоденствия России! С нашей же стороны – твердое упование на помощь Божию и мужество поставленных ему в преграду храбрых Российских войск. Но для ГОСУДАРЯ, пламенеющего любовию к верным его подданным, неусыпно пекущегося о благе, спокойствии и безопасности их сего не довольно! Он заблаговременно взывает все сословия возлюбленного Ему народа к новому ополчению – ополчению в ужас врагам, в подкрепление действующих внешних сил, в защиту домов жен и детей каждого и всех. ГОСУДАРЬ ИМПЕРАТОР в отношении своем от того ж числа к первопрестольной столице Его, Москве, между прочим, относительно собрания новых внутренних сил изъясняется сими словами: „Никогда еще не настояло в том вящей надобности, как ныне; спасение веры, Престола Царского того требуют, – да распространится в сердцах знаменитого дворянства и во всех прочих сословиях дух той праведной брани, какую благословляет Бог и православная наша церковь! Да составят и ныне сие общее рвение и усердие новые силы, и да умножатся оные, начиная с Москвы, во всей обширной России! Вот вина подвигов, предлежащих славе нашей! Важность их – есть мера и предел ополчению, предполагаемому в ужас неприятелю и в ограждение безопасности каждого особенно и всех вообще! Может ли что быть священнее полной доверенности Монарха, в призывании почтенного сословия дворян к общему с ним противу врагов содействию изъявленной? Нет в нем никаких назначений, данною ему от Бога властью определяемых, – единый пример князя Пожарского представился ему довлеющим к возбуждению в сердцах ваших неограниченного стремления к составу ополчения, соразмерного предметам Его. Кто же после сего из почтенного сословия, спасителем отечества достойно наименованного, положит меру рвению и усердию своему в настоящем случае? Кто же хочет уклониться от значительных доказательств оного? К сему призывает САМОДЕРЖАВНЕЙШИЙ МОНАРХ, сего требует слава России, [16] безопасность собственных ваших семейств, к сему взывает вас великий дух храбрых предков ваших, в подвиг сей облегченный.

Список Г.г. офицеров Казанского Дворянского ополчения.
Моск. Отд. Общ. Арх. Гл. Шт.
Оп. 240, д. № 35, л. 131, 142-185.

Министерства Военного в департамент Инспекторский казанского дворянского депутатского собрания рапорт. Бывший начальник казанского ополчения г. подполковник и кавалер Чичагов, во исполнение сообщенного ему сим собранием предписания оного департамента от 2-го апреля сего года за 104, при отношении своем доставил в дворянское собрание составленные по пехотному ополчению, в походе бывшему, списки формулярные о службе штаб и обер-офицеров, а о урядниках и воинах алфавитные [списки] и перечневую ведомость, по формам от Инспекторского департамента присланным, объясняя, что хотя в предписании оного и сказано, дабы означить воинов, соделавшихся от службы и увечья неспособными, но выполнить сего он, г. Чичагов, не имеет возможности, потому что все воины раненые в сражении тот же час, за неимением в полку лекаря, были отсылаемы с самого места сражения в разные гошпитали для излечения, из которых выпользоваемые явились в малом количестве обратно к полку на службу, a прочие в знатном количестве и о сию пору числятся по гошпиталям. Вследствие чего все означенные списки и перечневую ведомость депутатское собрание имеет честь представить при сем в Инспекторский департамент. В должности предводителя запасный предводитель дворянства и кавалер (неразборчиво) секретарь дворянства Суворов. № 461 октября 2 дня 1815 г.
Начальн. ополч.: при составлении генер.-майор Булыгин, потом генер.-лейт. Муромцев, наконец, генер.-майор Гурьев.
2-й конной сотни.
Майор эск. ком. Лев Сил. Григорович, Поруч. Петр Петр. Белавин. Прапорщ. Сер. Михайл. Есипов.
1-го пехотного полка
Подполк.: Никол. Никит. Чичагов, Ал-др Пет. Силиванов. Майор Алекс. Вас. Бутлеров. Капит.: Ив. Ал-др. Ростовцов, Серг. Алекс. Бирюков, Дм. Иван. Неелов. Шт-кап.: Ал-др. Аф. Иванов, [17] Ег. Ив. Баранов, Всев. Андр. Грубер. Поруч.: Никол. Федор. Бланк, Никол. Федор. Иглин, Петр Петр. Гаврилов, Влад. Ив. Гразов, Андр, Ив. Золотарев, Конст. Петр. Власьев, Ив. Аф. Комаров. Ив. Никол. Товарищев, Фед. Тим. Суров, Петр Петр. Глазатой, Матв. Петр. Зиновьев, Вас. Ив. Глазов. Подпор.: Конст. Ал-др. Иванов, Андр. Гер. Ларионов, Капит.: Иов. Суворов, Никол. Петр. Озерецковский, Апол. Вас. Кутников, Никол. Федор. Кузнецов, Ал-др. Ив. Демерт, Ив. Лавр. Сырчин, Пав. Вас. Аристов, князь Федор Игн. Балашов, Бор. Ив. Рыбушкин, Никол. Стен. Панов, Анд. Федор. Павлов, Тим. Вас. Мареев, Дм. Серг. Селиверстов. Прапорщ.: Ал-др Март. Сахацкой, Никол. Як. Халютик, Вас. Петр. Елагин, Ив. Степ. Дакишевич, Анд. Михайл. Забелин, Алекс. Ив. Коракозов, Ив. Ив. Янчевский, Мина Вас. Матвеев, Вас. Анд. Овсянников. Пав. Степ. Грозной, Гр. Никит. Одинцов, Ив. Михайл. Михайлов, Ив. Тер. Летиславской.

Общ. Арх. Мин. Вн. Дел. Деп.
Полиц. исп. 1812 г., № 281.

ЕГО ИМПЕРАТОРСКОМУ ВЕЛИЧЕСТВУ Генерал-Лейтенанта Графа Толстого рапорт. Удостоясь получить ВЫСОЧАЙШЕЙ ВАШЕГО ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА Указ от 31-го июля, коим повелеваете преступить во вверенном мне округе внутреннего ополчения к набору людей на правилах, от меня ВАШЕМУ ИМПЕРАТОРСКОМУ ВЕЛИЧЕСТВУ всеподданнейше предложенных, приступил по губерниям: Нижегородской и Костромской к предварительным мерам, почему в оных набор людей начнется с l-го сентября по 4 человека со ста душ, из коих в каждой из сих губерний составлены будут по пяти сотен конных казаков, состоящих из 600 человек рядовых, а из остальных затем сформируются полки пеших казаков и егерей; в прочие же губернии, 3-ей округ ополчение составляющии, я сегодня отправляюсь, начиная с Пензенской, потом в Симбирскую и Казанскую для уравнения их в сем сборе с первыми двумя и приступления потом к набору, о чем сим ВАШЕМУ ИМПЕРАТОРСКОМУ ВЕЛИЧЕСТВУ счастие имею донести. – Генерал-Лейтенант граф Толстой. 20-го августа 1812 года. Нижний Новгород.

Моск. Отд. Общ. Арх. Гл. III.
оп. 11а, с. 281. д. 5, ч. 11, л. 4–5.

Копия. С Высочайшего Его Императорского Величества указа, данного Генерал-Лейтенанту Графу Толстому в [18] 8-й день ноября 1812 года. Повелениями Моими от 8, 27 сентября и 8 октября предуведомлены Вы, что вверенное Вам ополчение должно быть в готовности к выступлению в поход; на каковой случай назначены требуемые Вами 10-ть тыс. ружей, предоставлено собственно Вам учреждение нужной для ополчения артиллерии и, наконец, прикомандированы к оному все иррегулярные конные полки, идущие из Оренбурга от Генерала Князя Волконского; следовательно, ополчение, вам вверенное, уже есть в полном смысле корпус, составленный из разного свойства войск, нужных для сего предмета. Известное мне усердие ваше к службе отечественной уверяет меня, что ополчение сие устройством и необходимым обучением уже приведено сколь можно в надлежащее состояние, кроме тех людей, которые, по последнему Моему указу от 21-го октября, вновь набираются и которые должны составлять резерв Вашего ополчения. При неблагоприятных обстоятельствах предполагалось ополчению, Вам вверенному, действовать на левый фланг неприятеля, но ныне, когда благословением Всевышнего армии фельдмаршала Князя Кутузова преследуют ретирующегося неприятеля и 2-го числа ноября находились уже в Смоленской губернии, в городе Красном, почитаю я нужным ополчению Вашему следовать из Нижнего Новгорода на Муром, Рязань, Орел и Глухов и расположиться в губерниях Малороссийских. Сверх сего предписываю вам принять в свое начальство ополчения Рязанское и Тульское, которые должны следовать с Вами по тому же направлению; о чем повеления к ним вместе с сим посылаются. Сим расположением прикроются изобильные наши провинции на случай какого-либо неприятельского со стороны сей покушения в то время, когда регулярные наши армии займутся дальнейшим преследованием неприятеля, a внутренние губернии, ныне ополчением занимаемые, облегчатся в продовольствии столь знатного количества людей, ибо сверх вверенного Вам ополчения обязаны они же содержать и формируемые вновь пехотные батальоны, кавалерийские и артиллерийские резервы.
Что принадлежит до последних, назначенных к сбору двух человек со ста по ополчению, Вам вверенному, то [19] их препоручите особому начальнику, по собственному Вашему избранию, который бы, оставаясь на месте, занимался устройством сих людей; в виде особого ополчения оно будет составлять Ваш резерв, о коем выше упомянуто.
Со дня выступления Вашего с ополчением в поход, продовольствие оного жалованием и провиантом зависеть уже будет от Военного Министерства, которому и предписано сделать зависящее по сношению с Вами распоряжение.
Я желаю получить от Вас чрез вручителя сего донесение: о времени выступления в поход, о разделении и числе войск, вам вверенных, а равным образом и впредь о движении вашем доносите мне и Главнокомандующему армиями фельдмаршалу Князю Голенищеву-Кутузову.

Моск. Отд. Общ. Арх. Гл. Штаба
Опись 130. св. 53, дел. № 448, лист 16.

РАСПИСАНИЕ ОПОЛЧЕНИЙ.

 

Ополчения. Где находятся. По каким сведениям. В чьей команде.
3-го округа:

Казанское
Нижегородское
Пензенское
Костромское
Симбирское
Вятское

В Малороссийских губерниях. По указу от 8 ноября. Графа Толстого.

Моск. Отд. Охщ. Арх. Гл. Штаба.
Оп. 11а, Св. 281, д. 12, ч. 12, л. 6.

СПИСОК
войскам идущим в Волынскую губернию под командою генерал-лейтенанта графа Толстого.

 

 Число людей.Число лошадей.
К городам Овручу и Мозырю:
Рязанское ополчение: 6 пеших полков,
1 конный полк.
 
13200
1200
 
-
1200
К Новоградволынску:
Нижегородское ополчение: 15 батал. пеших,
1 конный полк,
Казачий Оренбургский полк.

11250
760
550

240
674
880 [20]
Казанское ополчение: 5 батальонов пеших,
2 конные сотни.
3250
320
80
276
Костромское ополчение: 16 батальонов пеших,
1 конный полк.
10400
760
256
674
К Староконстантинову и Зославлю.
Пензенское ополчение: 12 батальонов пеших,
1 конный полк,
1 башкирский полк.

7800
760
500

192
674
750
Симбирское ополчение: 12 батальонов пеших,
1 конный полк,
14 башкирских полков.
7800
760
7000
193
674
10500
Всего:66.31017.262
Подписал: (неразборчиво).

Моск. Отд. Общ. Арх. Гл. Шт.
Оп. 130. Св. 57. Д.№ 356. Л. 2.
Господину Генералу от Инфантерии князю Лобанову-Ростовскому. Находя нужным соединить под одно начальства вверенную Вам резервную армию, корпус войск, под командою Генерала Дохтурова, и армию Генерал-Лейтенанта Графа Толстого, из ополчений составленную, Главнокомандующим над оными назначаю Генерала от кавалерии Барона Беннигсена, со всеми правами и властью Главнокомандующего большою действующею армиею. На подлинном подписано собственною ЕГО ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА рукою: АЛЕКСАНДР. С подлинным верно: Генерал князь Лобанов-Ростовский. д. Петерсвальде, мая 25 дня 1813 г.

Воен. Уч. Арх. Гл. .Упр. Ген.. Шт.
Отд. II. №№ 1788 и 1790.
Выборки из журнала военных действий Польской армии.

2-го августа квартиры корпусов и ополчений: Нижегородского – генерал-майора Муромцева – местечко Кротошин; Пензенского и Симбирского – генерал-майор Титов –местечко Остров; Рязанского – Измайлова – местечко Плещево; Костромского – генерал-лейтенанта Бардакова – местечко Калиш. Вследствие коего сии, находившиеся еще на марше в прежней позиции войска, получили должное к [21] новым пунктам направление; достигшим же квартир прежней позиции 5-го числа послано было повеление к выступлению на новые квартиры, при назначении коих имелось в виду полезность сближения с местом перехода чрез Одер между Глагау и Кросеном. 13-го августа генерал-лейтенанту Толстому (дан приказ) о скорейшем соединении полков 5-го Уральского, 2-го Башкирского и конных ополчений, под командою генерал-майора Титова и Измайлова (что вообще составить 6 полков), коих отдать в команду генерал-майора Репнинского.
14-го августа. Следуя Высочайшей воле, принять со всей армией влево к Бреславлю; посланы войскам повеления, выступить из настоящих квартир к означенным в таблице 2: квартиры корпусов и ополчений, кои 18-го августа прибыть имеют: генерал-майор Муромцев – местечко Одаленов; Титов – местечко Шильдберг; Рязанского и Костромского – Верушев, Кемпен и Баронов; каждой дивизии и отряду назначено следовать особой дорогой. 15-го августа. Предписано генерал-лейтенанту Толстому командировать в крепости Глагау Костромское пешее ополчение под командою генерал-лейтенанта Бардакова, коему наблюдать и надзирать за гарнизоном по правому берегу реки Одера (прикомандированные 13-й Башкирский, 1-й Мещерякский и 3-й Оренбургский полки). 2l-го августа. Польская армия приняла расположение согласно диспозиции, приложение 3; между прочим, генерал-майор Муромцев – местечко Дубин; генерал-майор Титов – местечко Кобылин; Рязанское ополчение – местечко Здуны. 31-го августа. Предписано генерал-лейтенанту Толстому с корпусом генерал-майора Муромцева и Титова и Рязанским ополчением поспешнее следовать через Равич и Винциг (по мосту у деревни Кленау через Одер 5-го сентября); корпус Муромцева и Титова к Лигницу, а Рязанскому ополчению к Архвицу, в кои места прибыть 6-го сентября. 4-го сентября прибыл к месту блокадного расположения под крепость Глагау генерал-лейтенант Бардаков с Костромским пешим ополчением.
5-го сентября. Получено Высочайшее повеление: с назначением польской армии поспешно следовать через Цитау и Румбург в Богемию, поелику армия генерала Блюхера, [22] долженствовавшая соединиться с большою союзною, находясь уже столь близко от реки Эльбы перед Дрезденом, сего предназначенного движения совершить не может. Корпусу генерал-лейтенанта Толстого предписано, остановясь в Лигнице на один только растах, поспешно следовать через Гольдберг, Левенберг и Зейденберг к Цитау, куда прибыть в 6 дней, т. е. 13-го сентября. Главнокомандующий, получив на сделанное им требование от генерал-лейтенанта Толстова отзыв, какие он, Толстой, из вверенных ему Ополчений признает довольно обученными и устроенными, чтобы быть употребленными против неприятеля, предписал 7-го сентября графу Толстому следовать в Богемию с теми только Ополчениями, которые он и Его Императорского Величества флигель-адъютант полковник Закревский, по сему предмету Государем посланный, признали к тому способными; все же прочие отправить для наблюдения крепости Глагау. Найдены недо-статочно устроенными полки – 4 Рязанский и Казанский. 20-го сентября. Прибыла в Ауст первая колонна корпуса генерал-лейтенанта Толстого, а 21-го сентября и остальная часть сего корпуса. 27-го сентября генерал-майор Булатов овладел деревней Клейн-Зедлиц, заняв оную, но вскоре потом принужден был ее оставить, поелику от неприятельских бран-кугелей загорелась; позиция же сохранена. 1-го октября. По прибытии Главнокомандующего польскою армиею генерал-от-кавалерии Беннигсена с большею частью войск, остальные, под командою генерал-лейтенанта Маркова, соединены с ополчением под командою генерал-лейтенанта графа Толстого, расположены были около Дрездена следующим порядком: l-й отряд – командовал генерал-майор Иванов – 3-х батальонов Рязанской пехоты от ополчения – при деревне Груна. 2-й отряд при деревне Лейбниц, под командою генерал-майора Репнинского – 5-ти эскадронов Рязанского конного и 5-ти эскадронов Симбирского конного полка от ополчения, 3-х батальонов 3-го Нижегородского и 3-х батальонов Казанского пехотных полков от ополчения. 3-й отряд при деревне Пляуен и Пестиц – командир генерал-майор Булатов – 15-го Башкирского, 5-ти эскадронов Нижегородского конного полка, 3-х полков Пензенских [23] пехотных, во всяком по 3 батальона, 3-х батальонов Нежегородских от ополчения. От сего отряда посты в деревне Шершниц – 1 рота Пензенского пехотного полка от ополчения и 50 воинов Нижегородского конного полка. В деревне Рекниц – 1 рота Пензенского пехотного полка и 50 воинов Нижегородского конного полка от ополчения. В резерве при деревне Гистриц, под командою генерал-майора Муромцева – 2-ва полка Нижегородских пехотных, во всяком 3 батальона. В резерве при деревне Пестриц. Особые посты: при селе Пирне – под командою полковника Маслова – 3 батальона l-го Егерского Рязанского полка от ополчения и 1 эскадрон казачьего конного полка. Разъезды посылались ежедневно чрез деревню Дегаен к деревне Бенериц и по Вильсдруфской дороге. 2-го октября. Войска оставались в той же позиции. Конный Костромской полк прибыл в лагерь, коего 3 эскадрона командированы в отряд генерал-майора Иванова, а два эскадрона в отряд генерал-майора Репнинского. 4-го октября. Генерал-майор Дятков донес командующему, что замечены оным неприятельские кавалерийские партии со стороны Мейсена, почему для усиления оного были командированы 5 эскадронов конного Нижегородского и 5 эскадронов Казанского конного полка. 5-го октября. В 5 часов пополуночи генерал Дятков узнал, что неприятель в больших силах ретировался в лагерь. В 7 часов утра неприятель показался на высотах при деревне Бург, почему полки левого фланга 3-го отряда (между прочим и 3 Пензенских полка от ополчения) выстроились против оного. Выступившие из Дрездена многочисленные колонны пехоты и кавалерии со всех сторон атаковали наш отряд. Превосходные силы неприятеля, по долгом с нашей стороны сопротивлении, заставили отступить за деревню Гистриц, где, удерживаясь до 2-х часов, заняли другие позиции, примкнув правый фланг к деревне Торна. Неприятель усиливался и старался обойти наш левый фланг от деревень Розентиц и Гуншиц, почему и эта позиция оставлена была и занята на высотах деревня Никкерн, с коей, хотя неприятель и старался сбить наши войска, но сильный огонь и удачные выстрелы нашей артиллерии со всех сторон [24] остановили его стремления. Но как за сею позицией находилась деревня Локвид с крутыми берегами, и неизвестно было движение неприятеля, то и занята была позиция на высотах за деревней Локвид, Луга отрядом генерал-майора Иванова перед деревнею Грос-Шахвид, в коей до рассвета дня все и пробыли. Конного Костромского полка 2 эскадрона немедленно были посланы через деревню Рогредорф в деревню Макен для открытия неприятеля. При этом деле взято в плен: штаб-офицеров – 1, обер-офицеров – 3, рядовых 185 человек.
6-го октября. Войска от деревни Локвид имели переход до деревни Петерсвальде, где расположились следующим порядком: l-я бригада ополчения, составленная из полков: 1-го Нижегородского и 2-го Нижегородского, 2-я бригада – из 3-го Нижегородского и Казанского, 3-я бригада – из полков 1-го и 2-го Пензенских, 4-го Нижегородского, 3-го Рязанского, 3-го Пензенского, 1-го Егерского Рязанского, 5-ти эскадронов конного полка Рязанского и 5-ти эскадронов Симбирского конного расположены были за деревней Петерсвальде. Конный Костромской полк командирован для занятия дорог Кенигштейской и Пирнской от деревни Гелендорф в 4 верстах. Генерал-майору Булатову предписано оставаться в той же позиции до вечера, ночью отступить за деревню Цейт, где ожидать дальнейшего повеления. 7-го и 8-го октября. Войска оставались в той же позиции. Отряд под командою генерал-майора Булатова (в этом отряде, между прочим, находился конный Нижегородский полк) передвинулся к деревне Цейт, имея наблюдение как на Пирну, так и на Максен. 9-го октября. По сделанной диспозиции генерал-майору Иванову с 1-м Егерским Рязанским и конным Костромским полком следовать до Пирны. 10-го октября. Генерал-майор Булатов атаковал, опрокинул и преследовал неприятеля за деревню Локвид с немалыми потерями; корпус следовал до местечка Донны, где и стал биваком. Генерал-майор Иванов рапортовал, что из города Пирны вытеснил неприятеля, частью войск своих занял этот город и по укреплению Зонненштейн открыл канонаду. 11-го октября. Корпус следовал через Максен. Рейнгольденгайн 24 версты до местечка Диппольсвальде следующим порядком: [25] Конный Рязанский полк – в авангард, 1-я бригада ополчения (1 и 2 Нижегородские пешие полки), 2-я бригада ополчения (3-й Нижегородский и Казанский пехотные полки), 3-я бригада ополчения ( 1-й и 2-й Пензенские пехотные полки), 1-й Егерский Рязанский, 3-й Рязанский, 3-й Пензенский, 4-й Нижегородский, 5 эскадронов Костромского конного, эскадрон конного Казанского командированы для конвоирования запасного парка, и Симбирский полк от ополчения командирован для соединения с австрийскими войсками. Отряду генерал майора Булатова (в состав которого входит, между прочим, конный Нижегородский полк ополчения) прикрывать фланговый марш. 12-го октября в 7 часов по полуночи из местечка Диипольсвальде корпус следовал 15 верст по направлению к городу Дрездену. На высотах у деревни Бодриц неприятель был открыт передовыми командами частей войск; приказано атаковать (неприятеля), конному Костромскому полку обойти и ударить во фланг, дабы отрезать путь к ретированию; но как на обоих флангах неприятеля находились овраги, коих кавалерия обскакать не успела, то и отретировались с немалыми потерями. В плен нами взято 43 человека нижних чинов и отбито военнопленных, наших и союзных, 700 человек. 15-го октября предписано генерал-майору Булатову с отрядом его следовать вперед – a неприятель расположился при деревнях Прохлис и Никерн – вытеснить, что и было им исполнено. 3 полка от ополчения: 3-й Нижегородский, Казанский и 1-й Егерский Рязанский, под командою действительного статского советника Гурьева, откомандирован на правую сторону реки Эльбы для соединения с австрийскими войсками. 16-го октября генерал-майор Вулатов вытеснил неприятеля из деревень Лейбниц и Гистриц, а 17-го октября по диспозиции командированы 3 батальона Рязанского и 3 батальона 3-го Пензенского, под командою генерал-майора Иванова, для занятия деревень Кошиц и Ляуен, конный Костромской полк; для овладения высот и деревни Рекниц генерал-майору Булатову занять деревню Шеркниц. По данному сигналу все отряды двинулись по назначению к своим пунктам и стремительно атаковали неприятеля, который упорно удерживался, особенно в деревнях Рекниц, Шеркниц, производя сильную [26] канонаду, но был опрокинут и преследован до самых укреплений Дрездена. По прогнании неприятеля, войска расположились: отряд Булатова правый фланг – деревни Лейбниц левый к деревне Пестиц, заняв особыми постами деревни Рекниц и Шеркниц. Отряд Иванова при деревне Пляуен, заняв деревню. Взято 90 человек в плен, из коих половина тяжелоранеными. 18-го октября. Для усиления отряда Булатова командирован l-й Пензенский полк от ополчения. 24 октября в 4 часа по полудни неприятель вознамерился овладеть деревней Пляуен, почему, послав часть войск по левую сторону реки Вессериц – долиною, по правую следовал двумя колоннами из города и находившийся в каменном доме наш пост впереди Пляуен с полуверсты немедленно атаковал, но посланные тотчас два батальона на подкрепление не только опрокинули неприятеля, но, завладев многими домами по реке Вессериц, в коих, было, засел неприятель, гнали оного до городских укреплений, из коих неприятель открыл канонаду. Войска наши, заняв помянутые дома, остались в оных до ночи; с рассветом, истребив оные, возвратились в свои места, при сем деле взято в плен 32 человека. 25-го октября, в 7 часов пополуночи, неприятели, опасаясь, дабы войска наши не заняли и близ лежащих домов по реке Вессериц к Дрездену, сами выжгли оные. 27-го октября. Войска оставались в той же позиции. Маршал Сенсир прислал для переговоров чиновников о сдаче города. 28, 29 и 30. Переговоры кончены; все французские войска объявлены военнопленными и по договору, положив оружие, имели следовать до Рейна.

Моск. Отд. Общ. Арх. Гл. Шт.
Оп 130. Св. 58, д. № 415, листы 5–6.
Министерство Военное. Департамент Инспекторский. Отделение 1-e. Стол 1-й. 11 августа 1813. № 18159. О произведении в прапорщики означенных здесь чиновников, служащих в ополчении 3-го округа. Командующему ополчением 3го округа господину Генерал-Лейтенанту графу Толстому. Господин Управляющий Военным Министерством князь Горчаков 1-й от 29 минувшего июля за № 1658 объявил, что Государь Император, по засвидетельствованию Вашего Сиятельства об отличном усердии и трудах нижеозначенных [27] чиновников, кои оказали они при исполнении ими разных обязанностей, Всемилостивейше пожаловать их соизволил в прапорщики, а именно: Симбирского ополчения Конного полка: Тимофея Бронского, Юрия Лупандина, Александра Лупандина, Африканта Теплова. l-го пехотного: Федора Ховрина, Павла Борисова, Павла Скоробогатова, Алексея Галчина, Александра Никульшина. 2-го пехотного: Ивана Нагашева, Сергия Никитина, Павла Жохова, Ивана Лихачева, Петра Нагашева, Данила Карцова, Никанора Быкова, Никанора Стечкина, Василия Семгина, Ефима Стечкина, Андрея Голубьева, Ивана Скрытина, Ивана Скрыкова, Ивана Немчинова, Николая Лаптева, Василия Жулебина. 3-го пехотного: Алексея Городецкого, Павла Крашенинникова, Петра Чегодаева, Александра Юрлова, Александра Аксентьева, князя Павла Чагодаева, Петра Яковлева, Василия Яковлева, Ефима Давыдова, Иосифа Пфунта, Николая Попова, Василия Канадеева, Дмитрия Черненкова, Степана Палюгина, Александра Саковника.

Моск. Отд. Общ. Арх. Гл. Шт.
Оп. 153 г, св. 11, дело № 17, листы 24–34.
Список генералам, штаб и обер-офицерам, отличившимся в сражениях, бывших при Дрездене октября 4, 5, 10, 12, 15, 16, 17 и 25 чисел прошлого 1813 года. Симбирского конного полка гвардии штабс-ротмистр Третьяков. С отличным мужеством находился в делах бывших при Дрездене и в особенности со вверенном ему полком препятствовал неприятелю в намерении его обойти наши войска 5 октября. Св. Анны 3 класса. Эскадронные командиры: майор Астраханцев. 5 октября с отличным мужеством опрокинул с эскадроном своим неприятельскую кавалерию, приближавшуюся уже к нашим стрелкам, где получил легкую контузию. Св. Владимира 4 ст. с бантом. Ротмистр Бекетов. 5 октября, командуя с примерною неустрашимостью эскадроном, удержал неприятеля, когда войска наши проходили в тесном дефиле, и, не дав оному напасть в тыл, облегчил чрез то отступление. К чину. Штабс-ротмистры: Теплов и Нечаев. 5 октября, опрокинув эскадронами своими неприятеля, весьма много способствовали к отступлению артиллерии, а 17 числа преследовали с успехом неприятеля, посредством [28] чего взято было некоторое число пленных. К чинам. Поручик Ахматов. 5 октября, будучи с охотниками впереди, весьма успешно действовал против неприятельской кавалерии; по адъютантскому званию, с особенным мужеством исполнял все возлагаемые на него поручения. Благоволение. Подпоручики: Магницкий, Соколов, Чуфаров и Ленивцев. В делах 4, 5 и 12 октября, находясь в охотниках, с примерным мужеством отражали неприятеля и в особенности 5 октября способствовали к прикрытию артиллерии, a 17 – при преследовании неприятеля. К чинам. Корнеты Ахматов 2-й и Аврамов. В делах 4, 15 и 12 октября, находясь в охотниках, с примерным мужеством отражали неприятеля. К чинам. Подписал: Генерал-от-инфантерии граф Толстой.

Моск. Отд. Общ. Арх. Гл. Шт.
Оп. 153 г, св. 14. дело № 218, лист 3.
Его Императорскому Величеству. Главнокомандующего Польскою армиею генерала-от-кавалерии графа Беннигсена рапорт. К Стопам Вашего Императорского Величества счастье имею чрез действительного камергера 4-го класса Татищева при сем повергнуть ключи крепости Глогау, 29 марта сдавшейся па капитуляцию Союзному Российско-Прусскому войску, поднося при том и сам акт капитуляции в оригинале и в копиях, ведомости разным вещам, найденным в крепости, и числу гарнизона, сдавшегося военнопленными. Осмеливаюсь обратить Высокомонаршее Вашего Императорского Величества внимание на труды, понесенные войсками, ту крепость обложившими, во время суровой зимы на биваках, и отличное мужество, коим отражали все покушения неприятеля и, овладев ею шанцами, стеснили его на самую только крепость так, что отняли у него возможность делать дальнейшие на нашу сторону вылазки, чем ускорена сдача оной. При чем в обязанность себе поставляю отдать справедливость неутомимости и благоразумным распоряжениям командующего оными войсками Генерал-Лейтенанта барона Розена, также храбрости частных начальников и усердию в исполнении всего на них возложенного. Генерал-Лейтенант барон Розен особенно рекомендует дежурного своего генерала, генерал-майора Балабина, наблюдавшего с неусыпною [29] бдительностью о точном исполнении в операциях данного приказания и оказавшего собою пример мужества, и бригадного командира, действительного камергера 4-го класса Татищева, преподавшего ему во многих важных случаях благополезные советы, за каковые на пользы службы и оружия Вашего Императорского Величества подвиги, находя их достойными награждения орденом Св. Анны 1-го класса, представляю оные, равно и награждения Генерал-Лейтенанта барона Розена, Высокомонаршему Вашего Императорского Величества благорассмотрению. О прочих же, по засвидетельствовании помянутого Генерал-Лейтенанта, отличивших себя мужеством и усердием чиновниках всеподданнейше представляю при сем списки: один о награжденных мною на Высочайшее Вашего Императорского Величества утверждение, а другой – о представляемых к награждению – на Высочайшее Вашего Императорского Величества разрешение. Подписал: Генерал граф Беннигсен. Апреля 14-го дня 1814 года, д. Пинннеберг, № 63.

Моск. Отд. Общ. Арх. Гл. Шт.
Оп. 153 г., св. 13, д. № 43, лист 13–22.
Выписка из списка генералам, штаб и обер-офицерам, отличившимся в сражениях, бывших при Дрездене октября 4, 5, 12, 15, 16, 17 и 25 чисел прошлого1813 года, по представлению генерал-от-инфантерии графа Толстого, кои в течение кампании прошлого и нынешнего годов не получили награждений, октября 8 дня 1814 года.
Подполковник Казанского пехотного полка Чичагов, находясь со вверенным ему полком в делах, бывших при Дрездене, с примерным мужеством, а особенно от-личною храбростию своею и благоразумным распоряжением своим способствовал к успешному окончанию дела бывшего 25 октября – золотую шпагу за храбрость.
Батальонные командиры Казанского полка надворный советник Растовцев и подполковник Селиванов, командуя батальонами, находились во всех делах, бывших при Дрездене, в особенности отличились храбростию в сражении 25 октября – св. Анны 2-го класса.
Казанского полка штабс-капитаны: Иванов и Неелов в делах, бывших пои Дрездене, подавая пример подчиненным, [30] весьма много содействовали к отражению неприятеля – св. Анны 3-го класса.
Казанского полка поручики: Товарищев, Бланк и Иглин с отличною храбростью находились в делах, бывших при Дрездене, в особенности с примерным мужеством действовали в стрелках 25 октября – св. Анны 3-го класса.
Подпоручики: Ларионов, Гавриилов и Иванов с отличною неустрашимостью действовали в стрелках 25 октября. Подпоручик Иванов сверх того с отличною храбростью исполнял препоручения по адъютантскому званию. Благоволение.
Прапорщики: Селиверстов и Иванов, 25 числа находясь с отличным мужеством в стрелках, весьма много содействовали к отражению неприятеля – чины. Подписал: генерал граф Беннигсен.

Моск. Отд. Общ. Арх. Гл. Шт.
Оп. 153 г., св. 13, д. № 43, лист 38 и 44.
Список чиновников 3-го округа ополчения, отличившимся деятельностью и усердием как при сформировании ополчения, так и в продолжение всей службы. Подполковник Казанского пехотного полка Чичагов – благоволительный рескрипт.
Казанских конных 2-х сотен майоры: Апехтин и Григорович.
Поручики: Якушевский, Белавин и корнет Есипов – чины.
Подписали: генерал-лейтенант граф Толстой и генерал граф Беннигсен. Октября 8 дня 1814.

Моск. Отд. Общ. Арх. Гл. Шт.
Оп. 298, Св. 3, д. № 35, лист 16.
Главнокомандующему армиями господину генерал-фельдмаршалу и кавалеру графу Барклаю-де-Толли генерал-адъютанта князя Репнина рапорт. Поступивший по собственному желанию в 1812-м году урядником в Казанское ополчение из учеников Казанской академии Аристарх Пифиев l-й во время управления моего королевством Саксонским, находясь в военном дежурстве моем в звании канцелярского служителя и по сдаче Саксонии до сего времени при окончании дел, отличным исполнением возложенной на него должности обратил на себя особое внимание и поистине заслуживает неоспоримое право на награду. Отдавая [31] ему должную справедливость, я в обязанность себе по-ставлю покорнейше просить Ваше Сиятельство о награждении его, Пифиева, чином 14-го класса. При сем имею честь донести Вашему Сиятельству: что он, Пифиев, и при поступлении ко мне в Дежурство аттестован от полка как отличный человек и поведением, и по службе. Подписал: генерал-адъютант князь Репнин. Июля 20 дня 1815 г. г. Париж.

Воен. Ученый Архив. Отд. II,
№ 1835, Папка 7, л. 448.
Управление Казанского Военного Губернатора. По части гражданской. 21 сентября 1836 года. № 1689. Милостивый Государь, Александр Иванович! Бывший в 1815 году в городе Казани сильный пожар, истребив здания, занятые правительственными местами и канцеляриями, истребил вместе и все дела и бумаги того времени; также и большую часть архивов. Таким образом не уцелели здесь и документы, относящееся к местным распоряжениям по происшествиям 1812 года.
Однако ж по получении отношения Вашего Превосходительства от 13-го прошедшего июля за № 164, чувствуя всю важность предпринятого вами, по Высочайшей воле Государя Императора, труда и желая всеми зависящими от меня средствами содействовать Вам, Милостивый Государь, в успешном совершении оного, обратился я в то же время к Губернскому предводителю дворянства и к Епархиальному Начальству, дабы они, по возможности, собрали и доставили сведения, к описываемой Вами исторической эпохе относящаяся. Список с двух отношений моих к Губернскому Предводителю, равным образом и с отзыва его ко мне, при сем имею честь препроводить к Вашему Превосходительству, и, присовокупляя к ним список же с отношения Казанской Духовной Консистории, не оставлю я сообщить Вам, Милостивый Государь, и дальнейшие сведения, какие открыться могут по рассмотрении бумаг, сохранившихся в некоторых архивах.
С совершенным почтением и истинною преданностию имею честь быть Вашего Превосходительства покорнейший слуга (подпись) Его Превосходительству А. Н. Михайловскому-Данилевскому. [32]

Копия.
Как скоро обнародован был Высочайшей манифест 6-го июля 1812 года, Дворянство Казанской губернии, воспламененное чувствами живейшей любви к отечеству и верноподданнической преданности к Монарху, немедленно приступило к составу ополчения. С 1-го числа сентября начался прием воинов. Все количество их составило 3.300 человек, в том числе было конных 300. По расчету каждый воин поступил с 25 душ помещичьих крестьян. Усердие дворян столь было неограниченно, что и те, которые владели 12 душами, отдавали ратника, нередко самого лучшего крестьянина в своем имении. Губернским начальником ополчения избран был генерал-майор Булыгин, полковым командиром подполковник Чичагов, 90 человек дворян и чиновников, штаб и обер-офицеров приняли должности батальонных командиров, сотенных начальников и пятидесятников, словом, все без изъятия наличные дворяне и даже престарелые поспешили принести остатки жизни своей на службу в защиту отечества.
Состав ополчения был следующий: полк пеших воинов, заключавший в себе 3.000 человек, разделен был на шесть батальонов, каждый батальон состоял под начальством батальонного командира, имел особого адъютанта и квартермистра (кроме сего были 1 полковой адъютант и 1 полковой квартермистр), в батальоне находилось четыре сотни; при каждой сотне сотенный начальник, два пятидесятника и одиннадцать урядников, – надлежащее число писарей, барабанщиков и трубачей.
Конные воины, находившиеся в сем полку, разделены были на три сотни, каждая имела сотенного начальника, два пятидесятника и одиннадцать урядников.
Но прежде, нежели были окончены все распоряжения о составе ополчения, последовала Высочайшая воля, вооружить второе резервное ополчение, и сие ополчение было, как и прежде, с таким же усердием, с такою же преданностью к Государю и Отечеству. Образовались вновь два батальона, заключавшие в себе 1000 человек. При них штаб и обер-офицеров находилось, кроме двух батальонных командиров, 41 человек. (Второе ополчение по счастливой перемене [33] военных обстоятельств оставалось в Казани и предназначения к походу не получало).
В половине декабря 1812 года четыре батальона пеших (2.400) и две сотни конных (240) воинов первого ополчения выступили в поход1, следовали на Киев, потом на Житомир, перешли через границу в Волынской губернии в местечке Устилухе, потом прошли герцогство Варшавское, Силезию, Богемию, Австрию и достигли Саксонии.
Пехотное ополчение находилось в составе окружного корпуса губернских ополчений, которым командовал генерал-лейтенант граф Толстой. В продолжение похода присоединено к корпусу, бывшему под начальством генерал-майора Титова, а конное прикомандировано к конно-казачьему полку резервного ополчения, состоявшему в корпусе того же генерал-лейтенанта графа Толстого.
В Саксонии, в окрестностях осажденного города Дрездена, Казанское пехотное и конное ополчение находилось в сражении 1-го октября 1813 года, потом одно пешее ополчение было в сражении 4-го октября. В оба раза отражены с великим успехом сильные неприятельские вылазки. За сие дело полковой командир пехотного ополчения подполковник Чичагов получил золотую шпагу с надписью „за храбрость“, a отличившиеся штаб и обер-офицеры награждены орденами.
По сдаче Дрездена французским маршалом Сен-Сиром на капитуляцию, Казанское пехотное ополчение введено было в состав гарнизона, занявшего сей город. Здесь оно оставалось до самого возвращения в Россию, т. е. до 1815 года. (Ополчение возвратилось в Казань 20-го февраля). A две сотни конного, состоявшие при Рязанском конно-казачьем полку, следовали с оным в корпусе генерал-лейтенанта графа Толстого к Магдебургу (в Пруссии) и там, находясь в продолжение Генваря месяца 1814 года при осаде сего города, содержали аванпосты, после того посланы были к Гамбургу, но, не дойдя до него, остановлены в Брауншвейге, где пробыли до Мая месяца 1814 года. Отсюда возвращены в Россию. Прибыли в Казань в конце Мая 1815 года. [34]
Воины, отданные дворянством в составе обоих ополчений, получили от своих помещиков полную амуницию, на три месяца провиант: муки и крупы, в количестве солдатских пайков, (всего по тогдашним ценам на 22.500 рублей) и по 5 рублей награждения.
На основании Высочайшего манифеста 6-го июля 1812 года Дворянство определило внесть для содержания ополчения первоначально по 1 рублю с каждой души помещичьих крестьян, но потом назначено еще к пожертвованию на сей же предмет по 1 рублю 25 копеек, a те помещики, которые не имели у себя во владении 12 душ, внесли по 5 рублей с каждой; и всей Дворянской суммы, кроме еще частного добровольного пожертвования, составилось до 140 тысяч рублей. Таким же образом и прочие сословия ознаменовали ревность свою значительными пожертвованиями: Купечество Казанской губернии внесло по два процента с объявленных ими капиталов (до 80 тысяч рублей). Мещане города Казани определили собрать с своего общества 10 тысяч рублей, цеховые – 2 тысячи рублей. Из всех уездов губернии присылались денежный суммы и вещи: сабли, ружья, холст и т. д. Казанский помещик, Гвардии Прапорщик Осокин, пожертвовал 100 пудов штыковой меди. Церкви, монастыри, священство и церковнослужители, частные лица доставили до двух пуд серебра в вещах. Пожертвованной суммы в общей сложности, с дворянскою и с присланною от Г. Вятского Гражданского Губернатора, составилось до 346.000 рублей.
На сию сумму первое ополчение, выступившее в поход, содержалось до конца Мая месяца 1813 года, а в то время, по Высочайшему повелению, поступило на содержание от казны; второе ополчение содержалось до его роспуска, который последовал в начале Октября 1813 года.
При составе ополчения Свияжский Архимандрит Израиль прислал к Начальнику ополчения 60 человек Академистов, пожелавших встать в ряды воинов на защиту отечества. Все они были отличного поведения и по принятии получили должности Урядников. Некоторые из них награждены за отличие в Дрезденском деле Георгиевскими Серебряными крестами, а двое произведены в офицеры.
Когда достигло в Казань горестное известие о взятии [35] Москвы неприятелем, Совет Казанского Университета, положил, между прочими мерами, обучать взрослых воспитанников военным эволюциям, дабы приготовить их к военным действиям на случай угрожавшей опасности.
По вступлении неприятеля в Москву, значительное число Московских жителей всех состояний (всего до 30.000 человек) переселилось в Казань и нашло здесь самый радушный прием и совершенное спокойствие, a бедные – всевозможное пособие и облегчение в их нуждах. Сверх того, по Высочайшей воле, переведены были в наш город Московские Департаменты Правительствующего Сената, Опекунский Совет и женские Институты. Все сии Правительственные места и заведения были помещены в приличных зданиях, а члены и чиновники, при них находившиеся, получили отведенные, по распоряжению Начальства, квартиры. И каждый из жителей с полным усердием и искреннею готовностью старался доставить им в своем доме все возможные удобности, даже стесняя свое семейство.
Верно: Правитель канцелярии (подпись).

Общ. Арх. Мин. Вн, Дел Деп. Полиц.
испол. 1812 г. д. № 274.
Казанского Гражданского Губ-ра 19 Июня 1812 г. ЛИ 3400. Касательно снабжения вновь формируемого в Костроме 2-го пехотного полка мундирными и амуничными вещами и обозом.
Г. Министру Полиции. При исполнении Высочайшей Е. И. В. воли и обмундировании 2-го Костромского полка от дворянства Казанской, Оренбургской и Пермской губерний Казанское благородное дворянство в собрании г.г. предводителей, депутатов и наличных дворян, по соображению количества владельческих имении в здешней губернии в отношении к двум прочим, положило иждивением своим обмундировать целый батальон строевых, который содержит в себе 718 человек, хотя бы по сравнительному вычислению имуществ, коих в обеих тех губерниях состоит 200.815; а в Казанской только 82.415 душ и менее сего принадлежало, расчисляя к употреблению для каждого рядового на случай возвышения цен до 70 рублей и, следовательно, по 23 руб. с копейками излишних противу штатной цены вещам, на шанцевой инструмент 490 руб. и сверх того в засвидетельствование одушевляющего [36] из усердия к пользам отечества дать сумму для снабжения двадцати офицеров, в оный же батальон определяющихся, каждому по 300 рублей, и на лошадей двум штаб офицерам и одному адъютанту 1250 руб., и что составит всего 58.000 руб., предоставляя, однако же, в полную власть начальства по сему распоряжений дворянства последнее 7250 руб. или иначе употребить будет благоугодно; но при том испрашивают о принятии следующей на обмундирование от них суммы деньгами, по колику заготовление в натуре вещей по местным неудобствам затруд-нительно.
А как Г. Окружный Начальник на отношение мое отозвался, что он вместо натуральных вещей по штатным ценам деньгами принять не может по крайнему недостатку в офицерах, то хотя в удовлетворение желания Казанского дворянства и решился я представить Вашему Превосходительству с сим нарочным о дозволении принять, кому следует, от них деньгами, располагая, что на возвращение сего нарочного в Казань потребно не более трех недель; но с тем купно сделал им предлог в ожидании сего разрешения распорядиться на приуготовление вещей натурою посредством избранных от дворянства из расположенной суммы, которой взнос между тем происходит.
Градские общества Казанской губернии, одушевляемые тем же духом соревнования, доставят сумму достаточную для половины полкового обоза, полагая в том числе не только палатки рядовых шести рот, но и сверх того жертвуют на таковые ж штаб и обер-офицеров оных же шести рот 6000 руб. и сверх того в артельную ротную сумму на шесть рот, в каждую по 1000 руб., предавая употребление последних 12000 р. на сей или другой предмет, так же как и дворянство, в полной власти начальства; и так прочим двум губерниям остается снабдить полк другою половиною обоза; хотя вообще взятые они и превосходят Казанскую в количестве купеческих капиталов, а особливо мещанства.
Неизвестно мне доныне о распоряжениях к исполнению сей верноподданнической обязанности в Оренбургской и Пермской губерниях, ибо Г.г. Губернаторы чрез нарочного, [37] мною к ним отправленного, хотя и уведомили о числе состоящих в оных губерниях дворянских имений, также купеческих капиталов и мещанства, но ни о каких мерах, как бы к совокупному действию по сему предмету было бы возможно принять в соображение, сведений мне доныне еще не доставили.
С полным чувствованием ревностного усердия, действуя по мере сил моих в исполнении воли Государя Императора, предаю все сие в благоусмотрение Вашего Превосходительства. Подписал: Губернатор Борис Мансуров.

28 Июня 1812 г. № 553. Касательно распоряжений по предмету сформирования новых полков. Мансурову. (Казанскому Гр. Губ-ру).

На представление Вашего Превосходительства от 10 текущего июня № 3400. Касательно распоряжений по предмету формируемого в Костроме 2-го пехотного полка поспешаю ответствовать:
1. Сумму, которую благородное дворянство вверенной Вам губернии взносит в пользу определяющихся в означенный полк офицеров, дворянство и благомыслящие градские общества имеют неотъемлемое и полное право обратить на предназначаемое ими употребление, и гражданское начальство не может никак входить в сие распоряжение.
2. Окружной начальник не может ни под каким видом отказаться от принятия вместо вещей, для вышеупомянутого 2-го Костромского полка потребных, деньгами, ибо в Высочайшем рескрипте от 13 минувшего Мая на имя Вашего превосходительства, касательно сформирования новых полков, состоявшемся в 4-м пункте, между прочим весьма ясно сказано, что в случае недостатка вещей заменяется оный денежною от достояния каждого скидкою, и в 5 пункте присовокупляется, чтобы как вещи, на потребность полка собранные, так и деньги, которые то есть вместо вещей поступать будут, отсылать к начальствующим над полками, и
3. Поелику Оренбургский и Пермский Г.г. Гр. Губ-ры не снеслись доныне с Вашим Пр-ством о мерах, коих к совокупному действию в предлежащем Вам обще с ними деле долженствуют быть приняты, то прошу настоятельнейше Вас еще отозваться к ним по сему предмету [38] и, сообщив им все изложенные в вышеупомянутом представлении Вашем № 3400 распоряжения, согласиться с ними в единообразности и совокупности Ваших действий на основании данных уже прежде о том повелений и предписаний. Между тем для вящего понуждения Г.г. Губернаторов Оренбургского и Пермского к исполнению возложенных Высочайшею волею на них обязанностей я признал не излишним дать им особенные предписания, которые препровождаю у сего с тем, чтобы оные, по назначению их, отправлены были Вами из Казани с нарочным.
В заключение не излишним считаю присовокупить, что из представления Вашего Превосходительства не усматриваю я, чтобы Вы предлагали Окружному Начальнику принять деньгами вместо вещей по ценам высшим противу штатных, ибо по сим последним, конечно, не обязан он принимать деньгами, но по ценам истинным он не может отказаться от принятия оных. Сие одно недоразумение, может быть, подало повод к отправлению ко мне нарочного, произвело остановку дела по настоящим обстоятельствам толико важного и не малейшего медления не терпящего.

[39]

По 1-му вопросу2.

Сколь велика была числительная сила ополчения, собранного вследствие Манифеста 6 Июля 1812 года, куда поступило ополчение, где оно во время войны находилось и не ознаменовало ли себя какими-либо подвигами.


Казанское ополчение состояло в 4-х батальонах пеших и 2-х сотнях конных и 69 штаб обер-офицеров, 2914 нижних чинов, 278 лошадей, 4 числа Января 1813 г. оно выступило побатальонно чрез сутки один после другого Черниговской губ. к гор. Глухову. Из ордера Казанского Гражданского Г. Губернатора, от 30-го Декабря 1812 г. за № 8421 Яд. Городничему Вилинскому.
Сие ополчение вооружено было, сколько позволяла возможность, одето в кафтаны из крестьянского сукна длиной по колена, с такими же шароварами и фуражками, на которых находился выбитый из латуни крест и вензелевое Его Императорского Величества Имя, во знамение за веру и Царя. Из указа Казанского Губернского правления, от 31-го Августа 1812 года за № 21857 Яд. Земскому суду.

По 2-му вопросу.
Какую сумму пожертвовало Дворянство или другие сословия Казанской губернии.

Казанское купечество пожертвовало 74.040 р., мещане 10.000, приписавшиеся иногородние гости 640 р. Татарское общество 8360 рублей, цехи 2000 рублей.
Чебоксарское общество – 3000 руб.
Козмодемьянское – 2000 руб.
Свияжское – 700 руб.
Цивильское – 500 руб.
Лаишевское – 500 руб.
Ядринское – 1520 руб.
Из предложения г. Казанского Гражданского Губернатора, от 27 августа 1812 г. за № 5205 Ядринской Град. Думе. [40]





Из черновых рапортов Ядринск. Град. Думы к Г. Граж. Каз. Губернатору от 13 Сентября за № 189 и от 19 Сентября за № 196, при коих представлены сии деньги. Сии рапорты значатся в исходящей Яд. Гр. Думы книге 18112 г.
Духовенство г. Ядрина и 12 селений вверенных смотрению сего же города Благочинному Протоиерею Магницкому пожертвовало 421 р. 50 коп. Из отношения к Яд. Городничему от 4 Сентября 1812 года за № 45, при коем Протоиерей Магницкий представил сии деньги.

Выписка из дел архивных Ядринских уездного суда и Градской Думы тех сведений, кои относятся до Отечественной войны 1812 года и о доставлении коих предписано от Его Превосходительства Господина Казанского Военного Губернатора, управляющего гражданскою частью и Кавалера 28-го Сентября 1836 г. за № 7899.

По каким предметам соответственно вопросам, в означенном предписании изложенным, и какие сведения найдены и извлечены. Из каких достоверных документов и источников сии сведения извлечены.
По 1-му вопросу:
Как велика была числительная сила ополчения, собранно и пр................. [41]
Казанское ополчение состояло в 4-х батальонах пеших и пр......................
Из ордера Господина бывшего Казанского Гражданского Губернатора и кавалера Мансурова от 30-го Декабря 1812 г. за № 8421 Ядринскому Городничему Вилинскому.
По 2-му вопросу:
Какую сумму пожертвовало Дворянство и другие сословия Казанской...
Сих сведений по делам, книгам и прочим документам, хранящимся в архивах Ядринск. уезд. суда и Градской Думы, не оказалось.
По 3-му вопросу:
На какую сумму простиралась безденежная поставка разных продуктов для армии.
По 4-му вопросу:
В чем заключалась поставка в натуре.
По 5-му вопросу:
Что происходило в губернии при приближении и самом занятии неприятелем Москвы, не принимал ли Губернатор, Дворянство или сами жители каких особенных мер к защищению губернии.

По 6-му вопросу:
О подвигах частных лиц во время войны.


Список с предложения Господина Действительного Статского Советника Казанского Гражданского Губернатора и кавалера Бориса Александровича Мансурова Ядринской Градской шестигласной Думе от 19-го Июня 1812 г. за № 4364.

Препровождая при сем для сведения и неизменного исполнения экземпляр ВЫСОЧАЙШЕГО ЕГО ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА Манифеста, изданного сего года Июля в 6 день в лагере Российских войск близ Полоцка, я не нахожу за нужное повторять здесь содержание [42] оного, все изложенное в нем сильнее всех моих выражений к потрясению патриотических чувствований в самом их основании. Он изображает деятельный дух АВГУСТЕЙШЕГО МОНАРХА, движимый непреложною любовью к благу подданных его, являет неусыпное бдение его о внешней и внутренней безопасности возлюбленной им России и наконец – твердое надеяние на все сословия, ее составляющая. Среди сих спасительных попечений ЕГО ИМПЕРАТОРСКОЕ ВЕЛИЧЕСТВО, взывая между прочим к сословию граждан, приглашает их вместе с ним единодушным и общим восстанием содействовать противу всех вражеских замыслов и покушений, надеясь в каждом из них зреть древнего Российского Гражданина – Минина.
Сей бессмертный в памяти Россов муж в 1612 г, в часы ужасных польских и шведских на погубление России ополчений, пламенея беспредельною любовью к отечеству, по стечении ратных людей и по избрании достойного полководца, Князя Пожарского – возвращается в Нижний Новгород, собирает всех граждан на площадь, изливает в сердца их равные своим чувствования, растворенные любовию к вере и Отечеству, „и первый приносит все, что имеет, в общую казну на жалование ратным людям, а на его смотря, снесли и граждане большую часть имения своего“ – вот точные слова Российского бытописания. Вот разительный пример пламенной любви к отечеству в ВЫСОЧАЙШЕМ ЕГО ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА Манифесте, сословию граждан предложенный. Пример достойный подражания верных сынов его. Вот прямой и надежный путь к бессмертной славе, увенчавшей некогда гражданина Минина, и к оказанию подобной ему любви и усердия к отечеству.
Изъяснив таким образом сословию граждан принадлежащий им в настоящем случае подвиг, на сем основании я ожидать буду неукоснительного содействия, к коему его ГОСУДАРЬ ИМПЕРАТОР именем отечества призывает. [43]

Копия.
Секретно.
ОРДЕР.
Действительного Статского Советника, Казанского Гражданского Губернатора и Кавалера.
Ядринскому г. Исправнику.
19 июля 1812 г. за № 4396.

Сделав все нужные распоряжения, по содержанию ВЫСОЧАЙШЕГО Манифеста, в 6 день сего Июля состоявшегося, о мерах к отражению неприятеля необходимых, я вместе с сим нужным нахожу поставить в вид и крайнее наблюдение полиции, дабы при введении тех распоряжений в действие, соблюдена была вся осторожность к охранению внутреннего спокойствия и тишины так, чтобы дух народный не был увлекаем какими-либо неблагонамеренными толками от настоящей цели и истинных побуждений, на коих основаны упомянутые распоряжения. И для того я Градских и Земских полиций Начальникам предписываю, упредить немедленно в городах и уездах денные и ночные разъезды: здесь в Казани от полиции, а в уездных го-родах исполняли бы сие сами Г. Городничие, в уездах же от Земских судов Дворянские и сельские заседатели, имея при себе казаков или внутренней стражи служителей, о даче которых как городничим, равно и членам земских судов по их требованиям я отнесся к здешнему Г. Коменданту, разъезжали бы по тем селениям, в коих то, по местным соображениям, необходимо нужно для предупреждения повсюду противных настоящим [44] обстоятельствам толков и наблюдения, чтоб не было непозволительных народных скопищ; но все сие устроить самым неприметным для жителей образом, и если где случится что-либо важное, то, не приступая ни к каким противу того мерам, доносить тотчас мне чрез нарочного и ожидать разрешения. Вы же, Г. Исправник, сделав по сему надлежащее распоряжение, сами имеете немедленно явиться ко мне.

Копия
ОРДЕР.
Действительного Статского Советника, Казанского Гражданского Губернатора и Кавалера.
Ядринскому Г. Земскому Исправнику Посыпкину.
23 Июля 1812 г. за № 4480 в Казани.

По получении сего рекомендую Вам: в тот же час, отправясь в каждую волость и при Волостном Голове пригласив лучших из селений, с прочтением ВЫСОЧАЙШЕГО Манифеста, 6 числа сего месяца состоявшегося, объявить им особенное на лицо поселян приглашение мое, которое я при сем за подписом моим препровождаю и предоставляю на Ваше попечение склонить к возможному содействию, которое, по точным словам ВЫСОЧАЙШЕГО Манифеста, на все вообще состояния обращенным, при нынешних обстоятельствах необходимо. Паче всего старайтесь убедить, что ГОСУДАРЬ ИМПЕРАТОР, не отягощая их новым набором в действительную службу, ожидает только добровольного их усердия. Что составление народного ополчения не есть род службы, изменяющей [45] состояние, но временное вооружение, с непременным сохранением своего звания, по собственной ревности каждого или по выбору своих общежителей. С приглашения сего к дальнейшему внушению всем поселянам можете оставить копии в каждом волостном правлении, и какой успех последует об оном, имеете в самоскорейшем времени меня известить, донося о том секретно, если б сверх чаяния вы заметили где-либо не соответствующее ожиданию расположение. Я удостоверен, что по важности дела, на Вас возлагаемого, вы употребите к исполнению оного, при чистейших побуждениях и отечественных польз, всевозможную деятельность и особенное внимание.

Верные чада отечества,

Враг, ненавидящий мира и жаждущий крови, вторгнулся в пределы Царства Русского. Его силы устремлены на пагубу, его замыслы на разрушение народного благоденствия. Могущественно вооружение, многочисленно воинство, на защиту нашу поставленное, но для лучшей безопасности общее содействие необходимо. Верные чада отечества, откажите ль вы ополчиться на защиту той земли, которая вас питает. Выбор сподвижников из среды вашей к составлению народного ополчения и участие в назначении способов для временного его содержания предоставляется собственному вашему усердию. Нет нужды уверять вас, что состояние каждого защитника отечества пребудет неизменно, что рука, вооружившаяся на поражение дерзновенного врага, паки будет управлять плугом; что спасение всего любезного сердцу и мирное пребывание в недрах своего семейства будет наградою подвига. Верные чада отечества. Монарх к вам взывает, соединитесь все с святою верою в сердце и с оружием в руках: никакие силы человеческие вас не одолеют. [46]
Подлинное подписал: Казанский Гражданский Губернатор Б. Мансуров.

Объявление, припечатанное при ордере Господина Казанского Гражданского Губернатора и Кавалера Мансурова, от 5-го Ноября 1812 г. к Яд. Городничему.

ПО ВЫСОЧАЙШЕМУ ПОВЕЛЕНИЮ.
Объявляется от Министерства Полиции.

Известно, что неприятель учреждает в Москве некоторые на французский образец присутственные места или Начальства, стараясь разглашать, якобы делает то для восстановления и спокойного в ней пребывания жителей. Между тем солдаты его продолжают расхищать и производить разные насилия и грабительства. Для прикрытия сих неистовств успел он страхом или соблазнами преклонить некоторых русских простолюдинов принять на себя обязанности быть членами сих, учреждаемых от него обществ. Перехваченные бумаги содержат в себе имена их. Правительство долженствовало бы обнародовать оные и произнесть над ними строгий и праведный суд, ибо вступать в учреждаемые неприятелем должности – есть уже признать себя ему подвластным, а напросто пленником; но Правительство удерживается от того только потому, что бумаги сии не совсем достоверны, и что оно без точного о том осведомления опасается преждевременным и поспешным осуждением оскорбить невинность. Между тем, обращая внимание и попечение свое о благе каждого и всех, не может оставить без предварительного увещания, чтобы всяк опасался верить лукавому гласу врагов, пришедших сюда устами обещать безопасность и покой, а руками жечь, грабить и разорять Царство наше. Какому надлежит быть или безумию, или крайнему развращению, дабы поверить, что тот, который пришел сюда с мечом, на убиение нас изощренным, с пламенником для воспаления наших домов, с цепями для возложения их на выю нашу, с кошницами для наполнения их разграбленным имуществом нашим, что тот желает устроить нашу безопасность и спокойствие. Сохранит ли тот славу и честь [47] нашу, кто пришел отнять их у нас. Пощадит ли тот кровь нашу, кто, ничем от нас не оскорбленный, пришел ее проливать. Оставит ли тот беспрепятственно соблюдать нам древнюю предков наших веру, кто святотатственною рукою дерзает обдирать оклады с почитаемых нами Святых и Чудотворных Икон. Что же значат его слова и обещания. Сын ли тот отечества, кто им поверит. По сим причинам Правительство почитает за нужное обвестить всенародно: 1) что оно полагает всевозможное попечение о помощи и призрении разоренных от неприятеля, скитающихся без пристанища людей; 2) что сим предварительным извещением надеется спасти простоту от позднего раскаяния в легковерности, дерзость же не стыдящуюся нарушать долг и присягу страшить праведным и неизбежным наказанием.
Подлинное подписал: Главнокомандующий в Санкт-Петербурге Везмитинов. –

Приложенный при ордере Господина Казанского Гражданского Губернатора и Кавалера от 23 ноября 1812 года за № 7829 к Яд. Городничему. – Копии:
Генерал-Адъютант Кутузов, от 30-го октября из деревни Николы Погорелой доносит ЕГО ИМПЕРАТОРСКОМУ ВЕЛИЧЕСТВУ следующее:

При сем счастие представить ВАШЕМУ ИМПЕРАТОРСКОМУ ВЕЛИЧЕСТВУ два оригинальных письма Вице-Короля Итальянского к Принцу Невшательскому, перехваченные отрядом под командою майора Бенкендорфа, близ деревни Сарыкино, что по дороге между Дорогобужа и Духовщины. Из писем Вице-Короля и по показанию пленных видно, что 4-й неприятельский корпус имел назначение идти в Витебск; но когда Вице-Король узнал, что дорога к Духовщине и самый город уже занят отрядом вверенного мне корпуса, то, переменив свое направление, потянулся к Смоленску.

Перевод с писем Вице-Короля Итальянского Евгения Наполеона к Принцу Невшательскому из Заселья 26 октября–7 ноября 1812 года.

Имею честь уведомить Вашу Светлость, что я выступил сего утра в 4 часа; но затруднения, причиненные местоположением и гололедица представили столько движению [48] нашему препятствий, что одни только передовые корпуса моего войска успели прибыть сюда в 6 ч. вечера, а задние не иначе могли занять позицию, как почти в двух милях позади их. От 2 до 5 часов неприятель показывался с правой стороны. Он с артиллериею, казаками и драгунами почти в одно и то же время атаковал голову, средину и хвост наш. Открыв у первой промежуток, он воспользовался им и, закричав ура, захватил два полковых орудия, находившиеся на крутом косогоре, в отдалении от своих прикрытий. 9 пехотный полк хотя и подоспел, но орудия были уже увезены.
У ариергарда неприятель производил огонь из четырех орудий, и генерал Орнано не утверждая полагает, что видел пехоту. На каждом из других пунктов он имел по два орудия.
Ваша Светлость легко усмотреть может, что, будучи обременен тяжелыми обозами, которые были мне сданы, и многочисленною артиллериею, при коей, без увеличения, пало сегодня 400 лошадей, я нахожусь в довольно затруднительном положении, однако же завтра рано поутру продолжать буду следование мое к Пологе, откуда пошлю собирать сведения, и, соображаясь с оными, возьму направление к Духовщине или к Пнево.
Я не могу скрыть от Вашей Светлости, что после всех употребленных мною средств не остается мне никакой возможности тащить за собою артиллерию мою, и посему ожидать должно, что последует в ней весьма великая потеря, уже и сегодня многие орудия были заколочены и зарыты.
Имею честь быть и проч.

Перевод с письма Вице-Короля Итальянского Евгения Наполеона к Принцу Невшательскому, у переправы чрез Воп от 27 октября–8 ноября 1812 года.

Я прилагаю при сем к Вашей Светлости письмо, писанное мною к Вам вчерашнего дня, но которое до Вас не дошло по той причине, что проводник того офицера, коему оно было поручено, сбился с дороги,
Ваша Светлость удивитесь, когда узнаете, что я еще нахожусь у Вопи. Я выступил, однако же, из Заселья сего утра в 5 часов, но дорога так пересечена рытвинами, [49] что нужны были неслыханные усилия для прибытия к сему месту. С крайним сожалением вижу я себя в жестокой необходимости признаться Вам в потерях, которые мы сделали для ускорения нашего следования. Сии три дня стоили нам две трети артиллерии целого корпуса. Вчера пало около 400 лошадей, а сегодня погибло их, может быть, более вдвое, не включая великого количества тех из них, которых велел я прибавить из военных и частных обозов. Целые запряжки вдруг погибали. Многие переменены были до трех раз.
Сегодня корпус наш в следовании своем не был тревожен. Мы видели только несколько казаков без артиллерии, что мне кажется неестественным, и если верить донесению одного вольтижера, посланного для добычи, то полагать должно, что одна колонна пехоты, артиллерии и кавалерия следует по одному с нами направленно, т. е. на Духовщину. Сию ночь я отправлю для разведывания сильную команду в Духовщину, куда надеюсь прибыть завтра, если неприятель не представит мне сильного сопротивления, ибо я не могу утаить от Вашей Светлости, что в сии три дня дух в солдатах от сильного изнеможения так упал, что я почитаю их теперь весьма мало способными к понесению каких-либо трудов. Множество людей померло от голоду и стужи, a другие в отчаянии сдавались неприятелю.
Имею честь быть и проч.

Главнокомандующий армиями Генерал Фельдмаршал Князь Голенищев-Кутузов, от 28-го октября из г. Ельны доносит ЕГО ИМПЕРАТОРСКОМУ ВЕЛИЧЕСТВУ следующее:

Велик Бог. ВСЕМИЛОСТИВЕЙШИЙ ГОСУДАРЬ. Подпадая к стонам ВАШЕГО ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА, поздравляю вновь с победою.
Сейчас получил рапорт, который в оригинале при сем следует, совершено разбитие 4-го корпуса французского под командою Вице Короля италийского, одних пленных 3000, множество убитых, 62 пушки со всею упряжью и зарядными ящиками.
Казаки делают чудеса, истребляют не только пехотные колонны, но нападают быстро и на артиллерию, есть [50] надежда, что малые остатки сего корпуса истреблены будут еще до Духовщины.
Несколько дней тому назад, как все французы, в плен приводимые, неотступно просят о принятии их в Российскую службу; а вчерашнего числа Итальянской гвардии 15 офицеров приступили с тою же просьбою, говоря, что нет выше чести, как носить мундир Российский.

Рапорт Генерала от Кавалерии Графа Платова к Генерал-Фельдмаршалу Князю Голенищеву-Кутузову, от 27 октября из деревни Манторово.

Имею долг и счастие поздравить Вашу Светлость с победою, и с победою редкою, над неприятелем.
После отправления вчерашнего донесения моего Вашей Светлости, следовал я по предписанию Вашему с правой стороны большой Смоленской дороги, лежащей из Дорогобужа на Смоленск, чтобы предупредить головы колонн неприятельских поражать его, не допускать фуражировать и зажигать селений наших.
Я Вашей Светлости донес, что следую на Соловьево, не полагая, чтобы найти неприятеля на Духовщинской дороге, но вчерашнего дня, нашед неприятельский корпус Вице-Короля Италийского Евгения, ретирующийся от Дорогобужа к Духовщине, с помощью Божией ударил на него и разрезал на две части.
Часть потянулась к Духовщине, а другая, обратившись к Дорогобужу, в крайнем беспорядке, рассыпалась по разным местам. Но нынешнего дня разными проселочными дорогами соединилась с тою частью, которая пошла на Духовщину.
Сегодня, несмотря на продолжавшуюся ненастную погоду, опять ударил я на неприятеля, лишь только его нашел, и разбил оного совершенно.
В сии два дня неприятель потерял множество убитыми, в том числе есть генералы, что доказывают доставленные ко мне знаки их. В плен взято до 300 человек, в том числе есть полковые начальники, штаб и обер-офицеры. Казаки брали в плен мало, a более кололи.
Отбито в бою 62 пушки, а может быть и более, ибо верного счету сделать им еще не успел. Найдутся и знамена, но теперь, за скоростью, еще не представлены ко мне. [51]
О убитых же и раненых с нашей стороны я не доношу, и, по благости Божией, оных не так много.
Для поражения остатков разбитого неприятельского корпуса, потянувшегося в крайнем беспорядке к Духовщине, следуют полки со мною. Есть надежды, что весь он истреблен будет, и ежели Бог поможет, то и Король Евгений не избежит плену, который и вчерашнего числа, как пленные показывают, был подле разбитых колонн его.
С правой стороны моей, у города Духовщины, Генерал Майор Иловайский 12-й с бригадою его также поразил сильно неприятеля, взял в плен неприятельского гене-рала, Начальника Главного Штаба всех армий, Сансона и более 500 человек разных чинов.
Для преследования неприятеля по Смоленской дороге, по повелению Вашей Светлости, послал я 5 полков с Генерал-Майором Грековым 1-м, а сам с остальными полками поспешаю к Духовщине, чтобы совершенно поразить остатки сего неприятельского корпуса, и потом, по воле Вашей Светлости, приму направление налево от Духовщины, прямо на Смоленскую большую дорогу, к переправе у Соловьева, чтобы и там сделать поражение неприятелю в голове или середине колонн его; а между тем буду наблюдать и те его войска, которые потянутся от Духовщины, а равно и по дороге на Смоленск.
Заключаю мое донесение тем, что дело идет очень хорошо, надобно только поспешать за неприятелем.

Копия.

Главнокомандующий армиями Генерал-Фельдмаршал Князь Голенищев-Кутузов, от 28-го Октября из главной квартиры г. Ельни представил его ИМПЕРАТОРСКОМУ ВЕЛИЧЕСТВУ продолжение журнала военных действий, с 24 по 28 октября, следующего содержания:

Октября 24-го. Генерал от Кавалерии Платов доносит от 23-го октября, что впоследствии оказалось вместо 20 орудий, взятых при Полотском Монастыре, о коих прежде упоминаемо было, оных всего 27 орудий.
Генерал-Адъютант граф Орлов-Денисов, ведя беспрестанные [52] перестрелки с неприятельскими партиями, посланными для фуражирования и зажигания деревень, истребил из оных до 300 и взял в плен 86 человек. Генерал-Лейтенант Шепелев от 22-го октября донес, что он, с отрядом следуя к Ельне, 14 числа встречен был неприятелем. Отряд его, устроясь в две колонны, опрокинул его мгновенно и гнал бегущего в беспорядке к городу. В то самое время другой неприятельский отряд стремился зайти ему в тыл, но Генерал-Лейтенант Шепелев, сделав по нему несколько выстрелов ядрами и картечью, тем самым остановил его. Неприятельские отряды, соединясь, держались в город, а наши войска, оставя только свободные ворота к Смоленскому, с трех сторон держали их в блокаде. Сего числа главная квартира армии была в деревне Красной.
25. Получено сведение от генерала от Кавалерии Платова, что он 24 числа, преследуя отступающего неприятеля до селения Семлево, по Большой Смоленской дороге взял в плен более 1000 человек.
Генерал-от-Инфантерии Милорадович с авангардом настиг неприятеля, которого аванпосты расположены были при селе Чоботове, и остановился в двух верстах от оных (на ночлег) при деревне Зарубежье; при том доносит, что неприятель в поспешном отступлении оставил одну пушку в воде, которую приказал он вытащить. Вся дорога усеяна мертвыми телами погибших от болезней и усталости, a частью и убитыми, множество слабых и усталых людей, разбросанных по дороге, а равно повозок и изнуренных лошадей.
Сего числа Генерал Милорадович с авангардом прибыл в село Семлево и сменил Генерала-от-Кавалерии Платова, который с своим отрядом отправился вправо от большой дороги, имея направление к Дорогобужу.

Главная квартира армии в деревне Гаврюкове.

26 числа. Генерал-от-Кавалерии Платов отбил в сражении под Вязьмою знамя; доносит, что он, преследуя неприятеля от Вязьмы к Дорогобужу, 25 числа разбил несколько эскадронов гвардейской кавалерии и взял 3 пушки; при чем много побито на месте и в плен захвачено более 300 человек. Также доносить, что он, следуя [53] от большой дороги вправо, стараться будет, выиграв марш над ним, поражать неприятеля в голове колонны или напасть у переправы при Соловьеве.
Засим авангард Генерала Милорадовича следует по большой дороге за неприятелем. Генерал Платов с полками вперед от большой дороги направо, стараясь поражать ретирующегося неприятеля в голове, имеет особенные команды на фланге неприятельском, коим приказано препятствовать неприятелю фуражировать и зажигать деревни.
Генерал-Адъютант Граф Орлов-Денисов с левого фланга неприятельского последовал к переправе чрез Днепр, что при Соловьеве, и стараться будет затруднить его переправу. Армия, следуя проселочными дорогами, имела главную квартиру в селе Белом Холме.
27 числа. Генерал Милорадович 26 октября, преследуя сильно неприятеля, не позволил ему сделать другого моста, не доходя 8-ми верст до города Дорогобужа, отчего при переправе неприятель имел значительную потерю утопшими, и множество брошено. По прибытии же к Дорогобужу, неприятель, заняв выгодно местоположение, защищался весьма упорно, почему генерал Милорадович принужден был атаковать его двумя егерскими полками и в то же время 4-ю дивизию послал в обход, что и принудило неприятеля оставить город. При отступлении его, егерями отбиты две пушки и несколько зарядных ящиков, другие два орудия взяты казаками. В плен захвачен 1 офицер и до 600 человек рядовых.
Подполковник Давыдов от 26 октября донес, что он, следуя форсированными маршами между городами Красным и Смоленском, стараться будет истреблять транспорты неприятельские.
Единогласно говорят пленные, что когда 13-го числа между Ярославцем и Боровском взяты были 11 пушек, то Наполеон сам находился с своею свитою вблизи, ускакал из Ярославца к Боровскому; что ежели бы (замечают офицеры французские) казакам и егерям, под командою Полковника Кайсарова, могло сие быть известно, тогда бы, конечно, отклонив усилия свои на взятие пушек, обратилось бы все их внимание на столь дорогую добычу, [54] и нашими казаками, без сомнения, он был бы достигнуть и взят.

Главная квартира в гор. Ельне.

Рапорт Генерала Милорадовича к Генерал-Фельдмаршалу, от 26-го октября из Дорогобужа.

Сего числа выступил я с вверенным мне авангардом в 4 часа поутру и во время преследования неприятеля не позволил ему устроить другой мост на реке, не доходя 8 верст города; отчего при переправе неприятель имел чрезвычайную потерю, большое число утопших людей, и брошено немалое число обоза.
По прибытии в город Дорогобуж, по выгодному его местоположению, неприятель защищал его весьма упорно, и я принужден был атаковать оный двумя егерскими полками, дело продолжалось два часа, для чего послал я дивизию в обход, что и понудило неприятеля оставить город. По приступлении его, отбито нашими егерями две пушки и несколько зарядных ящиков, другие две пушки взяты казаками, в плен взято 1 офицер и до 600 нижних чинов. С нашей стороны потеря убитыми и ранеными не более 60 человек.
Кавалерия следует за неприятелем и будет его преследовать до самой ночи; пехота же, которая, выступив в 4 часа поутру, имела весьма трудную переправу и должна была делать мосты, расположилась на ночлег, пройдя город. Вступив в оный, имел я удовольствие найти наших раненых: Новгородского Кирасирского полка Полковника Соковнина и конной гвардии корнета Князя Голицына, которые мне сказывали, что большая часть пушек и обоза французских отправлена по дороге на Духовщину, что сегодня, при переправе через реку, у неприятеля был чрезвычайный беспорядок, потоплено несколько орудий, и солдаты не слушают более своих офицеров.
Сверх взятых мною в плен много забирается французских мародеров и слабых, число коих определить еще нельзя.

Генерал-Адъютант Голенищев-Кутузов из села Николы Погорелого доносит, что, выступив с вверенным ему корпусом из Москвы 22 октября, передние его отряды находились 30 числа по дороге между Дорогобужа и Духовщины [55] у деревни Сапрыкина. Сам же он соединится с оными 1 ноября.

Генерал-от-Кавалерии Граф Витгенштейн от 30 октября из м. Чашника доносит, что при занятии города Витебска нашими войсками найдено в магазейнах заготовленного провианта и фуража: ржи и муки 750 четвертей, круп 40 четвертей, сена 4000 пудов и вина 6 бочек.

Копия.
Список с ордера Господина Действительного Статского Советника, Казанского Гражданского Губернатора и Кавалера от 17 декабря 1812 г. за 8348 Ядринскому Г. Городничему.
Смиренный Павел, Архиепископ Казанский и Симбирский, относится ко мне, что под руководством ЕЕ ВЕЛИЧЕСТВА, ГОСУДАРЫНИ ИМПЕРАТРИЦЫ ЕЛИСАВЕТЫ АЛЕКСЕЕВНЫ, ВЫСОЧАЙШЕ поручено Обер-Шенку Головину, Обер-Гофмаршалу Графу Толстому, Государственному Секретарю Шишкову и Обер-Прокурору Святйшого Синода Князю Голицыну делать приглашения к денежным пожертвованиям в пользу претерпевших от вторжения врага в отечество Наше и, на какой предмет доставив мне свое Архипастырское приглашение здешней губернии к благородному и купеческому почтеннейшему сословию, просит известить их о сем с тем, что каждый благотворитель добровольный пожертвования может сам присылать в С.-Петербург к кому-либо из вышеупомянутых особ или, для препровождения их куда следует, к нему и в Казанскую Духовную Консисторию.
С сего приглашения я прилагаю при сем список, рекомендую объявить оное благородному и купеческому почтеннейшему сословию, уверив притом каждого, что о благотворителях, сделавших пожертвования, поименованные здесь особы не оставят довести до ВЫСОЧАЙШЕГО сведения и ГОСУДАРЫНИ ИМПЕРАТРИЦЫ ЕЛИСАВЕТЫ АЛЕКСЕЕВНЫ.
Подлинный подписал: Б. Мансуров. [56]

Копия с копии.
Возлюбленная о Христе паства. Православной церкви чада.
Всем вам и каждому известно, сколько предельные грады и веси, и даже царствующий град Москва с окружностями своими потерпели от вторжения врага в отечество Наше. Нет нужды исчислять вам все неистовства и лютости его, доселе неслыханные, каковые они на себе испытали. При одном воображении оных чувствительные сердца ваши, без сомнения, невольно обливаются слезами. Бедствия сии, потерпенные ими, суть купно бедствия и всего любезного отечества нашего, суть купно бедствия, хотя в гораздо, гораздо меньшей мере, и частные наши, бедствия общи, Богу так угодно было.
Неисповедимы судьбы Его. Должно, однако, исповесть с Маккавеями, что за грехи наша сия пострадахом. (2 Мак. VII, 32, 33).
Но не по беззакониям нашим воздаяй Всеблагой Бог, ради устрашения и наказания мало прогневася, паки слава милосердию Его. Уже лютый враг обратился в бегство и токи крови его праведно реками и льются по следам его. (Ис. VII 18. ; Цар. XIX. 28. 35). Всемогущий Бог, по словам пророка Исайи, посвистом своим призвавший на нас лютого зверя, вложил удицу в ноздрю его и бразду в устне его и, возвращая его по пути, им же пришел; а Ангел Господень погоняй и поражаяй убивает нечестивыя полчища его. Слава милосердию Божию, тако о нас благоволившему.
Между тем Милосердый Монарх наш, Чадолюбивый отец отечества, обращает попечительное внимание на пострадавших соотечественных братий наших и изыскивает способы к подаянию нуждающимся всевозможной помощи. Между тем Всеавгустейшая супруга Его, ревнительница сердоболия его о чадех своих, в сем отеческом попечении его живейше деятельное приемлет участие. [57] Под руководством ЕЕ ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА составлен для сего благотворительный Комитет, состоящий из членов обер-шенка Головина, Обер-Гофмаршала Графа Толстого, Государственного Секретаря Шишкова и Синодального обер-прокурора Князя Голицына. Таким образом исполняется у нас обетование Божие, древнему Израилю данное. И будут Царие кормители твои и Княгини их кормилицы твоя. Слава милосердию Божию, тако благоволившему.
Князь Голицын, сообщая мне о сем, приглашает меня к денежному пожертвованию от собственности моей в пользу потерпевших от неприятеля и вместе предлагает мне сделать таковые же приглашения и пастве моей. Я уделил часть достояния моего на предмет сей толико благотворительный, а по сему, сделанному ко мне сообщению и по долгу пастырскому обращаюсь и к вам, Богохранимые паствы, православные церкви Христовой чада. Потщитеся споспешествовать благодетельным намерениям ИХ ИМПЕРАТОРСКИХ ВЕЛИЧЕСТВ, уделите кийждо от имения вашего для подания помощи страждущим обесчаденным родителям, осиротевшим детям, разоренным, лишившимся крова и неимущим, где главы подклонити, братиям вашим. При вторжении врага в любезное отечество наше Вы на глас Монарха явили готовность свою всем жертвовать и самою жизнию для спасения оного. Явите себя и ныне достойными сынами отечества, христианами. Жертва, каковую кто внесет на алтарь сей Богу милосердия, будет в воню благоухания, чадолюбивому монаршему сердцу сладостна, страждущей братии нашей утешительна. Благодетельные же пожертвования таковые может каждый благотворитель сам присылать в С.-Петербург на имя одного из вышеписанных особ, ибо каждому из них для записки пожертвований выдана шнуровая книга, или для отсылки, куда следует, препровождать в Казанскую Духовную Консисторию.
Прочее молю, да Бог милосердия и щедрот утвердит вы во всяком слове и деле блазе. Благодать Господа Нашего Иисуса Христа со всеми вами. Аминь.
Подлинное подписал: смиренный Павел Архиепископ Казанский и Симбирский. [58]

В копии приложенные при ордере г. Казанского Гражданского Губернатора от 13 мая 1813 г. за № 2156 к Яд. Г. Городничему.

Известия из армии. Марта 19 д. 1813 г.

С большим, нежели когда-нибудь, удовольствием сообщаются известия сии нашим соотечественникам. Ныне созревают плоды семян, посеянных на равнинах Бородинских и Тарутинских. Истреблен враг в отечестве нашем, и чугунныя оковы, угнетавшия столько народов, упадают с треском, приводящим в ужас предводи-теля неприятелей наших; сила могущественной России вливает силу в изнеможенные жилы других народов. Уже целые племена восстают против того самого Галла, под крылами которого недавно еще принуждены они были спешить к порабощению России. Везде знамя наше есть вестник мира, к нему спешат угнетенные, пред ним повергаются гордые орлы Франции, недавно еще большую часть Европы окрылявшие. Вот следствия кротости Царя и великодушия народа. Давно уже истощенная Европа обращала взор свой к северу, уже начинала она в отчаянии испускать последние стоны, миролюбие почитая бессилием; но, наконец, восстал могущественнейший колосс, восстал во всей своей силе и величии – где.....злобы“.
В другие времена и в борьбе других народов многое из прошедшего показалось бы невозможным, но там, где предстоит опасность любезному отечеству, где вооружается Росс, привыкший к терпению, к победам, получивший в наслаждение храбрость и великодушие, может ли казаться что-нибудь невероятным. Давно ли еще видели мы мрачные тучи над главами нашими при Чернышне, уже отдается блеск победоносных мечей наших на волнах Одера и Эльбы. Давно ли тщеславный парижанин дыханием своим осквернял воздух Москвы, – и мы уже вступили в пределы заграбленных им владений. Давно ли еще сии обуявшие орды нового Тамерлана грозили, изгнав нас из Европы, втеснить в пределы хладной Сибири – и воины наши уже в одной из тех провинций, которые составляют мечтательную Империю. Давно ли острый издатель французских ведомостей, столько [59] уже раз помогавший Властителю своему в нужде, ста-рался уверить Европу, что ни обычаи, ни самая одежда русских не соответствуют царствующему в Европе просвещению – и везде встречают нас рукоплесканиями, везде провожают благословениями. С одной стороны самодовольство, а с другой скромность, с одной ужас, с другой кротость, с одной варварство, с другой милость. Так ослепленные. С нами Бог, разумейте и покоряйтесь, с нами Бог. Он был нашим верным союзником даже и тогда, когда все беды и напасти угрожали нам, он избавил нас от рабства иноплеменных; но Бог действует там только, где не оскудеют душевные силы человека. Обольщенные покорены нами, но что более делает цену сим успехам. Так, конечно, то, что покорились они не цепям и не мечу нашему, но снисхождению, дружбе и любви нашей. А вы, жертвовавшие супругами и сынами вашими для спасения отечества, смотрите, где цветут лавры наши. Уже они на стенах Варшавы, уже престольный град Великого Фридриха приосенен ими; город Гамбург, вольный, портовый, из лучших в Европе, уже вмещает их в себе, уже пустили они корень свой во владениях Наполеона. Нас ожидает жатва, нас ожидает спасение Европы.
Восстают народы, все спешат не быть последними в великой борьбе за отечество, честь, славу свою и милых сердцу их жизнь; все спешит к раздроблению оков тяжких, все ощутило новую силу. Таково действие русского терпения.
Между всеми другими, нельзя не восхищаться твердостью Его Величества Короля Прусского и успехами его доброго народа. На самой границе его владений жители встретили нас как своих избавителей, теперь, миновав сие царство, мы стоим на Эльбе, на всех границах и внутри сего Королевства раздаются клики: Да здравствует АЛЕКСАНДР. Да здравствуют избавители наши Русские.
Но не в одних торжествах и не в одном восхищении сей почтенный народ проводит свое время: он старается воскресить последнюю силу и умертвить всякое другое чувство, кроме чувства мщения. Молодые люди толпами [60] стекаются под отечественные знамена и, освященные верою, благословляемые своими согражданами, спешат доказать своим врагам, что и самый железный скипетр не мог подавить в душах их желания оправдать себя пред Европою. Престарелые, коих слабые силы не позволяют обнажить меч на отмщение, жертвуют своим имуществом для доставления способов к победе тем из своих юных соотечественников, которым судьба дала дух и силу, но лишила временного богатства. Едва только король произнес слово, и Пруссия вооружена. Мужья оставляют жен, дети родителей, все спешит и все стремится. Способные к службе из знатнейших и первых в Королевстве фамилий вступают в оную простыми рядовыми, одеваются в простые тол-стые мундиры и клянутся не снимать их прежде, пока кровию своею не искупят честь своего отечества; все, имеющие состояние, вызвались служить на свой кошт; решившемуся стать под отечественными знаменами простым воином позволяется свободный вход, породе, его предоставленной, в лучших домах и даже при дворе. В толстых мундирах они принимаются с большим почтением, нежели какое отдается блестящим в золоте Камергерам. Словом, глас отечества и воззвание Короля к народу дышит тем же самым духом, каким двигались сыны России, одушевленные подданные отличены тем же знаком, коим украшены были главы поселян пространной России. Простой железный крест и слова: „с Богом за Государя и отечество“, освящают их на битву священную. Не пышный знак отличающимся на битве установил король, народ свой спасающий: железный крест будет награда всякому участвовавшему в избавлении отечества от железного скипетра. Не пышная одежда да украшает воинов Пруссии, но она будет крепче всякой брони для их груди и тверже всякого оплота для Пруссии. Так пламя войны озаряет отдельные края Европы.

О военных действиях.

Герцог Мекленбургский обещает вскоре сформировать 3000 войска. В Лаумберге казаки были приняты с восхищением; народ мгновенно сорвал отовсюду французских [61] орлов, и 300 человек граждан взяли оружие для воспрещения французам переход чрез реку Палмшлейзы.
Присланный от короля Датского к полковнику Теттенборну подполковник Горн объявил, что ЕГО ВЕЛИЧЕСТВО будет содержать строгий нейтралитет, что в его владениях нет ни одного французского солдата и что датчане намерены воспретить им вход в их государство, буде они покусятся. Полковник Теттенборн между прочими донесениями поздравляет с успешным вступлением войск российских в пределы французской Империи.
Правый берег Эльбы уже не вмещает в себе более неприятелей; отряд полковника Теттенборна находится в стенах Гамбурга.
Полковник Теттенборн, приближаясь к Лоденбургу, нашел авангард свой пред деревней Эксенбургом и в жаркой перестрелке с неприятелем, который хотя и стоял в крепкой позиции, защищаемой орудиями, деревню сию в ночи занял храбрыми казачьих Сулина, Гребцова и Денисова полков. Генерал Моран, в сие время находившийся в Бергдорфе, получил повеление возвратиться в Гамбург, дабы защищать сей город, но датские войска воспретили ему переход чрез датскую границу, через которую он должен был идти обратно в Гамбург, в сие время полковник Теттенборн решился занять переправу при Цолленшпикеве; неприятель, придя к оной, увидел там отряд полковника Теттенборна, и тут началось жаркое сражение. Неприятель имел 2800 человек пехоты и 17 орудий. В 4 часа пополуночи, когда пехота его переправилась под защитою в. пушечной батареи, то полки Гребцова и Денисова подошли с такою быстротою к орудиям, что рассыпанные неприятельские стрелки бросились в беспорядке к переправе, где был нанесен неприятелю решительный удар, полки Денисова и Гребцова овладели шестью 24-х фунтовыми орудиями.
Сражение происходило 5 часов. Вечером полковник Теттенборн вошел в Бергдорф, где был встречен Гамбургскими депутатами. На утро 7 марта выступил он из Бергдорфа, на половин дороги был встречен толпами народа. Первые два сенатора Гамбургские, Кох и [62]Шульц, вручили ему ключи города для повержения к стопам ЕГО ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА. Дороги к городу наполнялись толпами народа. Город согласен выставить около 5000 человек вооруженных. Полковник Теттенборн послал подполковника Беккендорфа с отрядом к Любеку, коего депутаты у него уже были; он также послал партию по ту сторону реки Эльбы для очищения, по мере возможности, и того берега, где также начинается народное возмущение.

Копия при ордере г. Каз. Гражд. Губернатора от 2-го ноября 1813 года за № 5232 Яд. г. Исправнику для обнародования напечатано:
Отправленный от ГОСУДАРЯ ИМПЕРАТОРА 9-го числа сего октября, из главной квартиры в г. Лейпциге, ЕГО ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА Генерал-Адъютант Голенищев-Кутузов привез вчера ввечеру 22 октября следующие известия:
После 1 октября Гр. Витгенштейн, составлявший наш авангард с корпусом своим и корпусами Генералов Клейста и Киснау, следуя по направлению из Бороны в Лейпциг, теснил 4 корпуса неприятельские: Виктора, Лористона, Понятовского и Ожеро, бывшие под командою Короля Неаполитанского. 3 числа наш авангард был расположен впереди Реты, имея ежедневно блистательные дела с неприятельским арьергардом.
Вследствие движения армии Блюхера и наследного принца Шведского вправо, Наполеон бросился с несколькими корпусами к Виттенбергу и угрожал, как можно было предвидеть, двумя корпусами, кои он переправил на правый берег Эльбы, пресечением сообщения сих армий с Берлином; вероятно, более с тем намерением, чтоб принудить оные перейти обратно чрез Эльбу, нежели с решительным предложением следовать на Берлин. Быстрота движений большой армии принудили его возвратиться к Лейпцигу, дабы воспрепятствовать истреблению армии короля Неаполитанского.
Французский курьер, перехваченный с повелениями к маршалу Мармонту, удостоверил, что Наполеон не нашел ни Блюхера, ни наследного принца Шведского по [63] направлению до Десау, полагал, что достиг своего желания, избавился от сих двух теснивших его армий.
Для воспрепятствования, чтобы Наполеон, приметя свою ошибку при возвращении чрез Дюбен к Лейпцигу, не напал с превосходными силами на Блюхера или наследного принца Шведского, решено было атаковать 4 числа с главною армиею все находившиеся против нее неприятельские силы, между тем пока Блюхер из Галле, наследный принц из Ланцберга, а генерал Беннигсен из Носена станут подходить, каждый со своей стороны, к Лейпцигу. Генерал Пулай, со своим корпусом заняв Наумбург, следовал к Люцену, дабы встретить неприятеля, буде же он вознамерился отступить к Эрфурту, и сколько можно, останавливать его движения.
Таковы были наши распоряжения. 3 числа главная армия выступила из окрестностей Альтенбурга к Пегау, чтобы иметь возможность, при отступлении неприятеля, обратиться поспешно на Вансенфельс и ударить ему во фланг; а в противном случае продолжать следование на Рету, и произвесть в действие нападение.
Удостоверясь известиями, что Наполеон сам прибыл с корпусами Мармонта и гвардиями, атака началась 4 числа в 10 часов утра.
Намерение состояло только в том, чтобы, заняв на целый день внимание неприятеля, доставить способ генералу Блюхеру поражать все, пред ним бывшее, а наследному принцу Шведскому и генералу Бенннгсену дать время подоспеть к следующему утру. Все исполнилось по нашему желанию. Деревни Вахау и Либерволковиц переходили из рук в руки. На многих пунктах кавалерия отлично действовала, и наша артиллерия наносила чрезвычайный вред неприятелю. В одной из кавалерийских атак Генерал Шевич убит ядром. Лейб-казаки, бывшие в эскорте ЕГО ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА, под начальством графа Орлова особенно отличились; но нет возможности описать неустрашимости нашей пехоты, которая, несколько раз быв окружаема неприятельскою конницею, не расстраивалась ни на минуту. Сражение продолжалось во весь день, и успех оного состоял в том, что пехотные колонны левого нашего крыла, подкрепляемые [64] частью нашей гвардии, отбили 8 пушек и заняли выгодную позицию на правом крыле неприятельском. Ночь прекратила подвиги войск наших. Между тем генерал Блюхер, приближаясь из Галле чрез Шкейлиц, опрокинул маршала Мармонта, прогнал его за реку Парту и взял 30 орудий.
В следующий день, в 5 часов, Ген. Беннигсену надлежало подоспеть в половине дня чрез Гримму на правое наше крыло у Наунгофа. Б 2 часа пополудни атака должна была возобновиться на сем пункте, и до того времени главной армии следовало оставаться в боевом порядке в виду неприятеля на случай нападения, которого, однако ж, он предпринять не осмелился, и целый день ни одного пушечного выстрела не было произведено ни с которой стороны, хотя армии стояли весьма близко одна против другой. Дурные дороги были причиною, что Ген. Беннигсен не мог придти ранее вечера. Почему атака и была отложена до следующего дня.
Ген. Блюхер в течение того дня приготовил переправу чрез Парту, и кавалерия его, под начальством Васильчикова, имела отличное дело, в котором взято у неприятеля 4 пушки.
Авангард наследного Шведского принца имел также выгодное сражение, к вечеру и сам он прибыл к Гаухе, между правым крылом Ген. Беннигсена и левым Ген. Блюхера.
Промедление целых суток без атаки с нашей стороны было благодеянием Промысла Божия, ибо сим самым на 6 число все силы наши весьма удачно соединились. Неприятель стал полукружием перед Лейпцигом, опираясь флангами на Эльстер.
С начала мира никогда столько войск на одном месте не сражалось. Не прибавляя ничего, можно сказать, что в сем деле находилось до 550 тысяч человек и более 2 тысяч орудий. Превосходство сил было с нашей стороны. С наступлением дня атака началась вдруг всеми армиями нашими, неприятель, быв везде опрокинут и тесним к Лейпцигу, не мог держаться ни в одной из своих позиций и терял на каждом шагу артиллерию. Все наши армии взяли направление к одному центру, [65] каковым был Лейпциг, и на каждом шагу силы их увеличивались по мере стеснения составляемого ими круга. Гренадерские и Гвардейские резервы не были даже в огне. Словом, подобного сражения никогда не случалось. Ни один батальон ни на шаг не отступал. Одни только деревни Проботгайда и Стрекниц, к коим приближались мы около вечера, несколько останавливали нас своими изгородями, за коими неприятельские стрелки находили для себя выгодную защиту, производя по нам сильный огонь. Каждая наша армия соревновала другой в славе, и восхитительно было смотреть на целые ряды храбрых, стремившихся пожинать лавры бессмертия. Сам Бог управлял нами, и все споспешествовало знаменитейшему успеху. Целые бригады войск Вертенбергских, Саксонских, Баденских и Вестфальских с их генералами и офицерами и артиллериею передавались к нам на время сражения.
Саксонцы в то же время вступили за нас в бой с удивительной храбростью.
Таковы были успехи сего навеки достопамятного дня.
Глубокая ночь прекратила битву.
Наутро 7 числа неприятель показывался только в предместьях. Атака возобновилась со всех сторон, и менее нежели в 2 часа город был взят. Четыре армии наши: Блюхера, Наследного принца Шведского, Беннигсена и главная Богемская сошлись головами на площади Лейпцигской. Мгновение сие было единственное. Никогда подобного торжества не существовало, и подобного зрелища более одного раза в жизни видеть не возможно. Удивительно, сколько неприятель потерял багажу, повозок артиллерии, орудий взято до 300, и находят еще зарытые, число пленных вместе с ранеными, которых неприятель оставил, простирается до 27 тысяч.
Список Генералам, прилагаемый при сем, не полон потому, что некоторые раненые находятся в домах. Неприятель, найдя дорогу к Наумбургу занятою, не мог продолжать ретирады далее Вейсенфельса, где и перешел ночью с 7 на 8 число реку Сале. Генерал Блюхер преследует его по пятам и переправился за ним чрез Сале. Наследный принц Шведский с Ген. Беннигсеном [66] взяли направление в Марзебург, чтоб быть у неприятеля на левом фланге, а главная армия следует чрез Пегау к Наумбургу, дабы действовать на правое его крыло.
При вступлении в Лейпциг получено известие о занятии Бремена Ген. Теттенборном.

Список неприятельским генералам, убитым и взятым в плен в сражении при Лейпциге.

Убиты: Маршал князь Понятовский. Дивизионный Ген. Латур Мобург.
Взяты в плен: Лористон, Ген., командовавший 5 корпусом, Ренье, Ген., командовавший корпусом.
Дивизионные Генералы: Делмас, Обри (артиллерийский), Шарпантье, Росницкий, Каминицкий, Красинский.
Борис Александрович, бывшие в Казани и пользовавшиеся усердным вашим пособием институты ныне оттуда отправляются для занятия прежних своих жилищ в Москве. Не могу я отпустить их в путь, чтобы не изъявить Вам искреннейшей своей признательности за все то попечение и ревностнейшее вспоможение, которое им во все время пребывания в Казани оказано; а как состоящий под Вашим начальством Приказ Общественного Призрения жертвовал даже для их размещения своим домом, то полагаю, что не могу за то благодарить его лучше и соответственнее его цели, как некоторым пособием за человеколюбивые предметы, коими он занимается, и прошу Вас отдать сему Приказу прилагаемые при сем 1000 рублей. Я с удовольствием пользуюсь в прочем сим случае возобновить уверение о совершенном доброжелательстве, с каковым пребываю вам благосклонною. На подлинном подписано тако: МАРИЯ.
С подлинным верно: Губернатор Борис Мансуров.

В Павловске июля 14 дня 1813 г. Но: 1078.
Милостивый Государь мой, Борис Александрович.
В проезд мой с Екатерининским и Александровским Институтами чрез Казанскую губернию, под управлением Вашего Превосходительства состоящую, везде снабжаем был я лошадьми и квартирами в свое время, получая в всяких случаях от городской и земской полиции помощь, за что долгом поставлю принести Вам, [67] Милостивый Государь мой, искреннейшую благодарность, имея честь быть с истинным почтением и преданностью.
Милостивый Государь мой Вашего Превосходительства подлинное подписал Николай Баранов.
С подлинным верно: Секретарь Розе.
Июля 14 дня 1813 года. Деревня Емангаш.

УКАЗ ЕГО ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА, САМОДЕРЖЦА ВСЕРОССИЙСКОГО, из Казанского Губернского Правления – Ядринскому Уездному суду.

Господин Казанский Гражданский Губернатор и Кавалер, в предложении изъяснив, что с возвращением из Казани в Москву ИМПЕРАТОРСКОГО Воспитательного Дома, а потом Институтов Екатерининского и Александровского он, Г. Губернатор, получил отношения начальствующих над оными о благополучном совершении ими пути в границах Казанской губернии и о пособиях, оказанных им со стороны градских и земских полиций, при сохранении во всем должной исправности, посему ж предмету он, Г. Губернатор, удостоился получить ВЫСОЧАЙШИЙ ЕЕ ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА Вдовствующей ГОСУДАРЫНИ ИМПЕРАТРИЦЫ рескрипт от 14-го июля со изъявлением ВСЕМИЛОСТИВЕЙШЕГО благоволения за все удобности, коими оные заведения пользовались во время бытности их в Казани, с рескрипта сего, а равно с отношения Его Высокопревосходительства Сенатора и Кавалера Николая Ивановича Баранова, приложа копии, предложил как по выше изъясненным к нему, Г. Губернатору, отношениям и по отзывам к нему прочих Г.г. Сенаторов, оным же трактом обратно в Москву следовавших, так и по тем сведениям, кои он, Г. Губернатор, особенно имеет изъявить признательность Казанской полиции, Чебоксарскому, Свияжскому и Козмодемьянскому Городничим и Земским судам – Казанскому, Чебоксарскому и Козмодемьянскому, а также Цивильскому и Ядринскому за успешное содействие первого Чебоксарскому, а второго Козмодемьянскому в приуготовлении подвод надлежащим повсеместно в губернии распубликованием. Почему в сем Правлении [68] ПРИКАЗАЛИ об оном, с приложением копии с письма начальствующего над воспитательным домом к Институтами и ВЫСОЧАЙШЕГО Вдовствующей ГОСУДАРЫНИ ИМПЕРАТРИЦЫ рескрипта, во все присутственные Казанской губернии места и чинам разным сообщить, а подчиненным послать указы. – Октября 16 дня 1813 года.
О благополучном возвращении в Москву ИМПЕРАТОРСКОГО воспитательного дома и Институтов Екатерининского и Александровского.
Об организации Казанского Дворянского ополчения см. статью Слухоцкого („Журн. Мин. Юстиции“, май 1912 года) „Отечественная война. Устройство ополчения и пожертвования на военные нужды в 1812 году“.
Статья Слухоцкого основана на извлечениях из Сенатского архива, где по этому вопросу имеются два дела, причем в одном из них хранятся рапорты Казанского Губернского Прокурора Сперанского на имя Министра Юстиции, касающиеся организации ополчения в Казани.
Помещаем извлечение из этой статьи:
Казанские дворяне еще 23-го июля постановили подготовить ополчение с 25 душ по 1 человеку, что с 82.000 душ должно составить 3.280 воинов, в том числе 280 конных. Начальником ополчения избран ген.-м. Булыгин. В пособие „чиновникам“3 ополчения, „кто взять не отречется“, дворяне назначили: субалтерн-офицерам по 300 рублей в год, ротным и эскадронным начальникам по 350–400 руб., на обмундирование тем и другим по 100 руб., батальонным командирам по 500 руб., полковым–750 руб., а начальнику ополчения на разъезды и канцелярские расходы 2.250 руб. Кроме того были назначены деньги на покупку и содержание лошадей, кому таковые полагаются. („Журн. Мин. Юстиции“, май 1912, стр. 273).

 

 

Примечания

1. Два батальоны пеших и одна сотня конных, принадлежавшие к 1-му ополчению, вошли в состав резервного.
2. Материалы эти получены во время печатания брошюры, а потому и помещены в конце.
3. Термин этот в 1812 году имел более широкое, чем ныне содержание, так как под ним подразумевались все состоящие на государственной службе: на гражданской – в классных, а на военной – в офицерских и классных чинах.

 


Назад

В начало раздела




© 2003-2024 Адъютант! При использовании представленных здесь материалов ссылка на источник обязательна.

Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru